— Я постучался, но ты не ответил. Что ты делаешь?

— Собираю вещи.

— Шон, давай поговорим спокойно. Ты уезжаешь? Куда, позволь тебя спросить.

— Домой, в Нью-Йорк.

— Что?! И кто же тебя надоумил это сделать?

Шон понурил голову.

— Дедушка прислал мне билет и деньги. — Он тряхнул головой.

Джо посмотрел на стол и увидел конверт. Проговорил: «Ну, это мы еще посмотрим», — схватил конверт и двинулся из комнаты.

— А чемодан ты можешь положить обратно в чулан! — крикнул он Шону, уже спускаясь с лестницы. — Вернется мама, скажешь ей, что после разговора с дедушкой я решил немного прогуляться. И зайти к Данаэру. Буду через час-полтора. Надеюсь увидеть тебя за ужином.

— Давай-давай. Там тебя Данаэр так обслужит… Они все нас ненавидят…

Нора сняла с полки с десяток книг и журналов по искусству, собрала их в стопку, принесла на кухню, разложила на столе. Из каждой книги торчало по нескольку желтых закладок. Она стала раскрывать их, показывая Анне, какие именно картины собиралась выставить. Затем она перешла к газетным вырезкам, в которых сообщалось о ее деятельности в сфере искусства. Свою маленькую лекцию Нора закончила рассказом о своей переписке с различными редакциями, издательствами и небольшими провинциальными галереями.

— Замечательно. Жаль только у меня дома нет ничего, что могло бы тебя заинтересовать. Я когда-то начала писать несколько картин, но так их и не закончила, — смущенно проговорила Анна.

— Непременно погляжу, — ответила Нора, продолжая рыться в бумагах.

— А это кто такой? — Анна обратила внимание на фотографию молодого мужчины с мрачным лицом. — Какой-то художник?

Нора взглянула. Среди книг случайно оказался факс, который ей показывал Фрэнк. Она спохватилась, попыталась убрать его, пробормотала:

— Нет, это Фрэнку прислали, а он домой прихватил. Зачем — не знаю.

Анна внимательно рассмотрела фотографию и вдруг побледнела.

— Боже мой! Так кто это? Ты не знаешь? — Она повернулась и посмотрела на Нору, дрожащей рукой взяв снимок. Нора молчала. — Зачем он его принес? — Анна нагнулась, снова принялась изучать лист, на котором был распечатан снимок, увидела в самом углу четыре едва заметные буквы «ккези». — Часть нашей фамилии, Нора. Ты не знаешь, это имеет какое-то отношение к Джо? — спросила она дрогнувшим голосом.

— Прости, Анна, я совершенно не в курсе. Подожди, скоро придет Фрэнк, и ты сама у него все спросишь.

— Нет, Нора, извини, я должна идти. Мне нужно срочно поговорить с Джо.

Джо взял трубку радиотелефона и, нервно расхаживая по комнате, начал стучать по кнопкам, набирая номер отца. Услышав его голос, сразу сказал:

— Какого черта ты это сделал?

— Предполагаю, что ты говоришь о билете на самолет. Да, я отправил его Шону, потому что он мой внук и я должен ему помогать.

— Разыгрываешь из себя добренького богатенького дедушку? Шону твоя помощь без надобности.

— Мальчику требуется отдых, на него свалилось слишком много неприятностей.

— А тебе какое до этого всего дело? Зачем ты тянешь его к себе? Нечего ему делать в Нью-Йорке. Я не говорю уже о том, что его отъезд будет выглядеть как бегство.

— Ничего страшного не произошло. Шон позвонил мне, попросил помочь, я ему помог.

— Помог скрыться? Странно, что я вообще после этого с тобой разговариваю. К тому же мне что-то не верится, что Шон тебе звонил.