— Могла сыграть, — прошептал он, прижимаясь губами к ее волосам.

— Не принесешь бутылку вина?

— Конечно, — сказал Джо и направился в погреб.

Анна отложила нож, закрыла глаза и тихо вздохнула.

Глава 8

Стингерс-Крик, Северный Техас, 1981 год

Джеф Риггз лежал на спине на липком ковре, согнув руку над головой. Застиранная футболка задралась, обнажив волосатые живот и грудь. Донни ввалился в комнату, быстро сбросил рюкзак на пол и, как это часто случалось и прежде, бросился к отцу. Присев на колени, он приложил ухо к груди отца, послушал сердце, затем приподнял ему веки и посмотрел в глаза. Донни и сам не понимал, для чего все это делает, не знал, что должен увидеть или не увидеть в этих глазах. Он представления не имел о том, как в них отражается угроза здоровью. Он перевалил отца на бок, затем встал и оглядел комнату. Телевизор работал, но передачи на канале закончились и по экрану шла мелкая рябь. Донни взял пульт дистанционного управления, переключился на другой канал и вывел звук почти на полную мощность. Швырнув пульт на диван, взвалил на плечи свой рюкзак и выскочил из комнаты на крыльцо. Вскоре в комнате послышалось кряхтенье Джефа. Он проснулся и, чертыхаясь, попытался пошевелить затекшими руками и шеей.

Донни просунул голову в комнату.

— Привет.

— Вот дьявол… Я даже не слышал, как ты пришел, — прохрипел отец, переваливаясь на спину.

— Да как же ты услышишь, если у тебя телевизор орет на полную громкость?

Донни прошел в комнату и выключил телевизор.

— Есть хочешь?

— Да. Сделай мне бутерброд. С говядинкой.

Дюк сидел у дверей сарая и наблюдал за паучком. Он двигался вверх, быстро перебирая маленькими лапками. Мальчик вытянул руку, приложил ее к дереву. Паучок переполз на нее. Дюк опустил руку и легонько стряхнул паучка на пол. Тот мгновенно скрылся в расщелине между досками.

Дюк не заметил, как к нему подошел Донни.

— Привет. Вот ты где.

Дюк поднял голову.

— Где был-то?

— У отца в лавке. А ты?

— К дяде Биллу ходил. К нему приезжал его давнишний приятель, фотографировал ястребов. А что это у тебя в обувной коробке?

— Давай заходи, сейчас увидишь, — ответил Донни, пугливо озираясь по сторонам.

Мальчики поднялись по лестнице и вошли в довольно просторную комнату. Донни присел на корточки, рядом с ним уселся Дюк.

— Гляди, что я нашел у папаши в чулане, — прошептал Донни, поставил на пол коробку и снял крышку. Внутри лежало десятка два маленьких пакетов.

— Это порох.

Глаза Дюка округлились от страха.

— Не дрейфь, не рванет. Я умею с ним обращаться, — успокоил его Донни.

— А что ты собираешься с ним делать?

— Запалить, конечно. А ты что думал?

— Поджечь? Здесь? — Дюк оторопело смотрел на друга. — Давай лучше уйдем отсюда куда-нибудь и там рванем.

— По-настоящему рванем завтра. А сейчас я хочу проверить, как он горит. Отойди подальше, встань у двери.

С этими словами Донни высыпал на пол с полпакета пороха. Отвернувшись и закрыв глаза, он чиркнул спичкой и сунул ее в порох. Он мгновенно вспыхнул, и почти сразу же раздался взрыв. Руки и половина лица Донни стали черными, в футболке зияла дыра. Открыв глаза, он остолбенело смотрел на нее. Дюк захохотал. Донни тоже попытался засмеяться, но грудь ему сдавило от боли. В тот момент никто из них не заметил, что груда комиксов, сваленная в дальнем углу сарая, горит. Они заметили огонь минутой позже, когда он уже полыхал вовсю.