|
Всякий раз, когда он брал какой-либо предмет в руки, ему казалось, что его ждет открытие. Однако шло время, а ключа к разгадке исчезновения Кэти у него еще не было и ничто не говорило, что он здесь обнаружится. Джо подошел к кровати сына, она была аккуратно заправлена, на подушке лежал журнал о фильмах. На стене висел только один плакат — группа «Скарфейс», никаких фотографий известных моделей или киноактрис. Раньше было несколько, но Шон снял их, когда начал ухаживать за Кэти. «Теперь он вряд ли вернет их на прежнее место», — подумал Джо. Остановившись у открытого платяного шкафа и проверив ящики, он потянулся вверх, где лежали обувные коробки, набитые всякой всячиной, главным образом фотографиями, билетами на концерты и пластмассовыми игрушками. Джо вытащил одну из них, маленького динозаврика, и стал рассматривать. Он не слышал ни стука входной двери, ни скрипа ступенек.
— Эй, чего ты тут делаешь? — раздался за его спиной недовольный голос Шона. Джо обернулся. — Ну, видишь ли, я тут… — вдруг смутившись, забормотал он. — Вижу, что ты тут делаешь. Копаешься в моих вещах, — раздраженно произнес Шон и, подбежав к отцу, выхватил у него из рук игрушку. — Положи на место, это не твое. — Послушай, Шон, — попытался возразить Джо, — я всего лишь… Шон оборвал его: — Всего лишь шпионишь за мной. Так? — Не говори глупостей. — Глупости? — язвительно переспросил Шон. — Значит, то, что ты шаришь по моей комнате — это глупости? Хорош полицейский. Незаконно вторгается в мое жилище, да еще нотации пытается читать. — Он презрительно фыркнул. — Я не нотации тебе читаю, а хочу помочь. Или тебе безразлично, что случилось с Кэти? — А при чем тут Кэти? Ты не имеешь права без ордера обыскивать даже дом предполагаемого преступника, а в мою комнату спокойно лезешь. Если бы у меня здесь были сведения о том, куда она подевалась, я бы давным-давно и сам их нашел, — отрезал Шон. — Кстати, зачем ты привязался к Роберту? — Я и не думал привязываться к нему, — возразил Джо. — Да что ты говоришь? А кто его спрашивал: «Откуда у тебя эта царапина?» — передразнил его Шон. — Ты что, думаешь, никто ничего не понимает? Отец, ты рехнулся на своих расследованиях. Ты думаешь о людях только плохое и ищешь в них только плохое? Даже во мне ты ничего хорошего не видишь. Ты уже давно не детектив, а привычки у тебя остались все те же, вот что ужасно.
Опустившийся туман проникал в дом. Кресло стало влажным и холодным. Дюк сидел, откинув голову назад, изредка поворачивая ее из стороны в сторону. Веки смыкались, наливаясь усталостью. Вдруг откуда-то слева, из-за деревьев, сначала послышался шум, а потом крик. Он вздрогнул, глаза его мгновенно открылись. Вцепившись в подлокотники кресла, Дюк медленно поднялся, осторожно прошел до входной двери, открыл ее и по лестнице спустился в сад. Вскоре метрах в двадцати от дома он заметил две фигуры с рюкзаками за спиной. Смеясь и падая, помогая друг другу подняться, они шли по ячменному полю. За ними тянулся бледно-желтый след примятой мокрой травы. Дюк сердито поджал губы. Он обошел дом, глядя на след, затем двинулся к дороге, откуда след начинался. Первое, что он там увидел, был самодельный дорожный знак. Стрелка на нем указывала в ту сторону, куда двигались туристы. Он подошел к нему и начал яростно его раскачивать. Вкопанный неглубоко, знак скоро поддался и пополз вверх. Выдернув его, Дюк зашвырнул его в кусты и направился к своей машине, стоявшей неподалеку. Сев за руль, он поехал к морю.
Держа в одной руке чашку с кофе, а другой поддерживая ее блюдцем, Нора Диган осторожно опустилась в глубокое удобное кресло. |
