На модели города купол почти полностью сформировался — огромная полупрозрачная сфера, покрывающая весь Воронцовск и прилегающие территории.

Калев сделал последний, глубокий вдох.

И на мгновение Лилит почувствовала — вся колоссальная мощь, которую он удерживал под контролем последние двадцать минут, сфокусировалась в одной точке. А потом… освободилась.

Но не взрывом или выбросом неконтролируемой энергии. Она освободилась плавно как легкий ветерок. Купол замкнулся и начал светиться мягким, едва заметным свечением.

На всех экранах показатели стабилизировались.

— Купол полностью развёрнут, — тихо, с благоговением произнесла Алина. — Все узлы работают в автономном режиме. Энергопотребление… минимальное.

Калев открыл глаза. На его лице не было усталости или напряжения, только лёгкое удовлетворение — как у мастера, завершившего сложную, но знакомую работу.

Он вышел из круга, и в этот момент…

…по хабу прокатилась волна аплодисментов.

Инженеры, техники, главы отделов и даже Степан Васильевич — с непередаваемым выражением восторга и гордости на лице. Даже Глеб и его бойцы — обычно невозмутимые — смотрели на Калева с глубоким уважением. Люди могли не до конца понимать технических процессов, но все они чувствовали, что произошло нечто невероятно важное.

Из-за его плеча снова вылетела Фея, и её голос — ехидный, но довольный — разнёсся по хабу:

— Сканирую систему на ошибки и остаточные флуктуации. Операций займет три часа.

Калев едва заметно усмехнулся.

— Почему так долго, Фея? Опять в онлайн-покер играешь, зарабатывая на карманные расходы?

— И ничего я не играю! И вообще…! — фея резко испарилась, показав Воронову язык.

Калев принимал поздравления с абсолютным спокойствием — словно только что завершил обычную, рутинную работу, а не создал проект огромного масштаба.

Степан Васильевич подошёл первым, и на его лице читалось такое благоговение, что Лилит едва сдержала презрительную усмешку.

— Господин Воронов, — голос мэра дрожал от эмоций. — Это… я не знаю, как благодарить вас. Вы дали моему городу то, о чём я даже мечтать не смел. Чистый воздух, тишина и защита. Наши дети будут расти в мире, который вы создали.

Калев посмотрел на него с лёгким удивлением — словно не ожидал такой реакции.

— Я делал это не для города, Степан, — сказал он спокойно, абсолютно искренне. — Мне нужна была чистая среда для моих роз. Они не переносят загрязнённый воздух и пси-помехи. «Небесный Сад» решает эту проблему. То, что жители города тоже получат преимущества — побочный эффект.

Степан Васильевич замер, не зная, как реагировать на такую откровенность. Потом медленно улыбнулся — с ещё большим благоговением.

— Тогда… тогда спасибо вашим розам, господин Воронов. За то, что они требуют такого ухода.

Калев едва заметно усмехнулся — первое проявление чего-то похожего на одобрение.

— Передам им твою благодарность.

Калев закончил разговор с Глебом и направился к выходу из хаба. Фея вылетела из-за его плеча и что-то ехидно комментировала — Лилит не расслышала что именно.

Остальные начали расходиться — событие завершилось, нужно было возвращаться к своим обязанностям.

Лина стояла у консоли, все еще сжимая планшет, и смотрела на удаляющуюся спину Калева Воронова. Её лицо оставалось маской благоговеющей, потрясённой подчинённой, но за стёклами очков, в глубине её глаз, горел огонь.

Ты только что показал мне, — думала Лилит, не отрывая взгляда, — что можешь делать вещи, которые я считала невозможными.