Ауре душелова.

Ещё через секунду гоблинов как корова языком слизала. С воплями они кинулись врассыпную, давя друг друга, и попрятались кто где смог.

Там-там тоже затих.

— Ой! — пришедшая в себя Ариэль уставилась на свои голые сиськи, а потом, опомнившись, прикрылась руками.

— Держи, — я подобрал с пола и кинул ей топик. — Шаман решил тобой завладеть и опоил нас. Он уже мёртв.

— Поняла… — она отвернулась и быстро оделась.

— Пошли, проверим одну вещь, которую он успел поведать перед смертью, — бросил я ей, а сам направился к выходу.

Она догнала меня через несколько метров.

— Погоди, шаман же не говорил! — сообразила она. — Как он мог тебе что-то рассказать?

— Заговорил, — я ощерился такой кровожадной улыбкой, что инферняшка сглотнула, и больше дурацких вопросов не задавала.

Плиту с нанесённым на неё узором, подозрительно напоминающим печать открытия портала, мы нашли под слоем песка аккурат в том месте, где мне «показал» шаман. Верхняя её часть поворачивалась.

И стоило её повернуть, как с лёгким энергетическим всплеском «окно» выхода открылось на прежнем месте.

— Уф! — шумно выдохнула Ариэль. — Так это всё шаман, скотина?

— Ага. Потрахаться ему захотелось… Интересно, Ильюха всё ещё нас ждёт, или уже плюнул? Добираться до дома на своих двоих как-то не очень хочется. А телефон успел разрядиться за это время. Считай почти неделя прошла…

— Да я согласна босиком бежать, лишь бы уже выбраться отсюда! — с жаром выдала инферняшка. — Хотя, признаю, было весело.

— Ну, пошли… — я подал ей руку и шагнул на выход.

Каково же было моё изумление, когда я, проморгавшись, увидел не только Илхуитла, но и Жихарева, и Егора, и всех остальных, и даже Габи с белками.

Кажется, они уже собирались уезжать. Но одна деталь показалась мне подозрительной.

Потянув носом воздух, я принюхался.

— Вы что тут, водку что ли пили? — удивился я. — А что за повод? И почему здесь?

Глава 7

Банда

Я смотрел на ребят. Ребята смотрели на меня.

«Хайзяя!»

Оказалось, что больше всех рад меня видеть был именно Чип. Уже через мгновение после того, как мы с инферняхой вышли из разлома, белкус был у меня на плече. Победно пританцовывал и вразнобой накидывал мыслеформ о своих тяготах и лишениях. Заточение в просторном доме с бассейном и игровой приставкой оказалось для него тяжким испытанием.

Бедный.

Я аж чуть не всплакнул, ага…

— Кхм-кхм, — прокашлялся Жихарев и обвёл рукой сборище. — Да мы тут это… тебя поминаем.

— Ага… — мне даже неловко как-то стало, право слово. — Я, наверное, помешал?

— Ну как бы да, — нахмурился Евгеныч. — Не буду врать, действо потеряло весь свой сакральный смысл. Скажи, Чернов, а ты никогда не ходил по детским утренникам с криками о том-де, что Деда Мороза не существует? Вот прямо один в один.

Я осмотрел «поляну». Початая бутылка водки и банка маринованных огурцов стояли на капоте жёлтого джипа моего начальника. Причём судя по устойчивому запаху, это не единственная бутылка, скорее наоборот, всё что остались. Перед тем как разъехаться, решили добить.

Люди застыли с пластиковыми стаканчиками в руках. Особо шокирован был Веневитин, сейчас цветом лица похожий на варёную сыроежку.

Или это освещение такое?

Впервые с момента приезда в Арапахо-Сити я застал непогоду. Небо заволокло серыми тучами, а лёгкий ветерок гонял по прериям пыль и песок.