Я немного отвлёкся.

— Что голова? — нахмурилась Аня.

— Без мозгов, — закончил я фразу, выныривая из теней и разрубая одному циклопу голову в прыжке, вместе со злобоглазом. — Был бы с мозгами — организовал бы этих тупарей, а не гнал их, как баранов на убой.

— Хорошо, что он без мозгов, — выдохнула Аня, которую очередная марионетка, кстати, баба, чуть не прижала к земле своим телом, просто кинувшись на принцессу в прыжке.

Сам я метался в пограничье теней, то появляясь «на поверхности», то уходя чуть глубже. Разил мечом удачно упавших и выживших, прикрывал щитами Аню от случайных выстрелов — всё же проще самому выставить щит, чем переливать энергию.

Да и Ане просто навыков не хватало держать почти что круговую оборону. Так что я прикрывал свою ученицу, но так, чтобы для неё этот бой оставался на пределе и чуть за пределом её возможностей.

В какой-то момент я понял, что циклопов слишком много. Они прибывали и прибывали, словно бесконечный поток. Полезли уже и с другой стороны, и даже поверху. Я понял, что пора усилить нашу защиту.

«Лунатыч! — позвал я, — размяться хочешь?»

«Уу-у-у-ууу!!! Дааа-вааай!!!»

Когда огромный медведь с фиолетовой шерстью выскочил из облачка тьмы и бросился в самую гущу битвы, Аня ахнула от удивления. Но быстро собралась, сосредоточившись на своей задаче. А Лунатыч ревел и драл циклопов своими мощными лапами. От атак злобоглазов я немного прикрыл его щитами, но он сделал по-умному: начал петлять у циклопов между ногами, появляясь то тут, то там, и злобоглазы попадали не столько по нему, сколько друг по другу.

Но вскоре шерсть Лунатыча дымилась и местами тлела от многочисленных случайных «касаний» красного луча.

— Кто это? — спросила Аня, уворачиваясь от удара циклопа.

— Друг, — ответил я, посылая волну тьмы, чтобы отбросить приближающихся врагов. — И он не один.

Из-за края скалы вырвался огненный вихрь. Лава спикировала на поле боя, выдыхая струю пламени, и тут же снова взмыла в небо. Циклопы сосредоточили было огонь на ней, но вёрткая рукокрылая ящерица маневрировала настолько непредсказуемо, что никто по ней ни разу не попал. Зато сами циклопы стали жертвой Лунатыча. Его когти-кинжалы вспарывали мышцы, сухожилия, животы. Он уже был с ног до головы обделан кровью и кишками. Жуткое зрелище.

Но тем не менее мы с Аней оказались в кольце врагов. Принцесса тяжело дышала, ее движения начали замедляться. Ну что ж…

«Ярозавр! — позвал я. — Тут враги твоего размерчика. Надо?»

«Я уж думал, не позовёшь!»

Когда из каменной стены вышел четырёхметровый ящер, Аня даже взвизгнула в первый момент. Но тут же ей пришлось уворачиваться от удара чудовищной глыбой, и сразу же, дуплетом — от двух красных лучей. Уже не столь интенсивных, кстати. Противникам тоже пришлось несладко!

— Здрава буди, дщи князя великаго, — прогрохотал Ярозавр, обращаясь к Ане.

Её глаза расширились от изумления.

— Он говорит? — выдохнула она.

— И не только, — усмехнулся я.

Ярозавр сперва просто развлекался. Хватал циклопов огромной пастью и кидал в толпу. Причём, как я заметил, старался дать пасс Лунатычу. А ещё бил хвостом с такой силой, что поломанные тушки падали, как мешки с дровами, и больше не вставали.

Но потом ему надоело. И он, знатно потянув с меня энергию, подпрыгнул метра на три, а при приземлении ударил обеими задними лапами в скалу. Так ударил, что скалистый грунт вокруг него взметнулся, образуя волну. Она накрыла десятки циклопов, погребая их под собой. Аня ахнула, наблюдая за невероятной мощью магии земли.

Теперь расклад изменился, и битва превратилась в настоящее побоище.