- Ясно. А какова роль этого молодого монаха?

    - Понятия не имею, зачем Зен таскает его с собой. По мне, так он совершенно бесполезен.

    - Такие сильные колдуны ничего не делают просто так, - заметил Вонг-Ву. - Ладно, завтра я сам поговорю с ними, а пока пусть отдыхают. Кстати, тебя это тоже касается. Доброй ночи, принцесса.

    Сказав это, настоятель потрепал девушку по плечу и вышел из ее покоев. Пэй было непривычно слышать в свой адрес обращение 'принцесса'. В окружении Гао ее именовали не иначе как Воровка Пэй. Что поделать - это прозвище соответствовало ее должности. Но сейчас все иначе! Теперь девушке было приятно не столько почтительное отношение к своей персоне, сколько осознание того, что она нужна кому-то для действительно достойной цели.

    Пэй откинулась на подушки и прижала руки к груди - там, где после церемонии осталась метка в виде лотоса. Теперь ей было понятно, почему мать не сдалась мандаринам. Она не могла позволить последним потомкам великой династии оказаться в руках Повелителя Драконов. Воспоминания о том дне нахлынули с новой силой, но теперь Пэй не стала сдерживать слезы, как всегда это делала. Теперь она представляла, что ждет ее впереди: война и кровь, а в итоге - победа или смерть. В любом случае, это лучше чем ощущение неизвестности. И этой ночью она полностью отдалась печали и слезам.

    Терпение Есая было вознаграждено - ужин нам все же принесли. Выглядел он неплохо и на вкус был не дурен, из чего я сделал вывод, что он символизирует нечто типа: 'Все самое лучшее дорогим гостям!' Монахи, явившиеся забрать пустую посуду, притащили нам пару теплых одеял. Следующий вывод напрашивался сам собой: девчонка сдала меня с потрохами, вследствие чего монахи забоялись моей реакции на не слишком гостеприимное отношение, оттого и стремились скрасить наше ожидание. Пэй путешествовала с нами не слишком долго и не была посвящена в мои дела, но кое-какое мнение обо мне и моих возможностях у нее наверняка сформировалось, о чем и свидетельствовали действия монахов. Впрочем, возможность ночного нападения исключать пока рано. В конце концов, кто этих бритоголовых знает?

    Благодаря многолетнему опыту защиты от покушений я знал, что даже при малейшем подозрении на опасность следует принимать меры предосторожности. Причем меры эти должны быть адекватны обстоятельствам. В том смысле, что не стоит окружать свои покои смертельными охранными заклятьями, если находишься в гостях у короля дружественной державы и тебе не понравилось, как его жена на тебя поглядывает. Вот и сейчас я ограничился лишь тем, что наложил на дверь простое, но мощное оглушающее заклинание. Чего не хватало мне в последние дни, так это возможности колдовать, не опасаясь быть обнаруженным. Интересно, понимает ли настоятель, что в пределах монастыря у меня развязаны руки? Если Мудрейшим его прозвали не за высокий лоб и внушительную бороду, то он не может этого не понимать. Тогда что за игру он затевает? Демон этих местных разберет! В любом случае, ничто не помешает мне получить ответ… тем или иным способом.

    Первую половину ночи мне не спалось. Да я и сам не стремился заснуть, одолеваемый невеселыми мыслями. Дело в том, что я очень скучал. Странное дело - я триста лет прожил во дворце, правил королевством и прочее, но скучал я сейчас не по всему этому, а по своей маленькой комнатке в доме Первого, по Селению, и, конечно, по эльфам. По эльфам, честно говоря, в первую очередь. Не знаю, ушел бы я оттуда, если бы не необходимость? И, если нет, то насколько бы я там задержался? Отаро говорил, что я у них прозябаю. Интересно, сказал бы он это, если бы со мной все было в порядке? Только сейчас, вдали от Селения, я по-настоящему осознал, как хорошо мне там было. Пока я жил среди эльфов, то воспринимал это как нечто обыденное, а теперь, это кажется мне невероятным.