Изначально - то есть на протяжении многих и многих веков - Краем Драконов правила императорская династия Квон-Ди. И правила она, пока не посягнул на ее монаршеские права некий смышленый малый, позднее объявивший себя Повелителем Драконов. Императором в то время был не самый лучший представитель рода, на деле оказавшийся неспособным сохранить власть. Встав у руля, Повелитель Драконов вырезал всю свергнутую династию. Во всяком случае так считалось до того досадного недоразумения со старым колдуном и плахой. Конечно, Повелитель не был суеверным человеком, но и его пробрало, когда, после произнесения пророчества, колдун изошел разноцветными искрами так, будто ему в халат напихали фейерверков, после чего красочно взорвался. Вот тогда то и началось все это безобразие, которое тянется до наших дней. Я имею ввиду отлов обладателей Дара, среди которых, согласно пророчеству, должны быть сумевшие выжить Квон-Ди, а так же установку магического барьера, созданного сотнями плененных магов. Оказывается, искусство телепортации было здесь хорошо изучено и повсеместно распространено. Поэтому при помощи барьера Повелитель убил сразу двух зайцев: ограничил передвижения магов по территории Края, что существенно упростило их отлов; а так же устранил возможность неожиданных покушений. С точки зрения правителя - весьма разумный шаг, должен признаться.

    Монастырь Низвергающейся Воды был построен последователями почившего придворного мага. Так как Хак-Ман-Цу в то время тоже считался одним из Мудрейших, последователей его хватило бы на добрый десяток монастырей. Но монастырь был лишь один и создали его самые здравомыслящие и терпеливые из последователей, в то время как остальные либо расселились кто куда, либо были выявлены, заклеймены как антиобщественные элементы, и, соответственно, отправлены на принудительные работы в пользу государства до конца своих дней.

    Оставшиеся же много поколений ждали, да и дождались-таки своего Избранника, коим и оказалась моя ученица. Окончательно это подтвердилось на так называемой Церемонии Наречения, непосредственное участие в которой приняли Пэй, ее брошь и кучка дряхлых сморщенных монахов, рассевшихся вокруг девчонки и затянувших какую-то монотонную песню. Я сразу же сообразил, что песня на самом деле - заклинание, а церемония - ритуал.

    В числе множества зрителей мы с Есаем наблюдали, как брошь поднялась в воздух, налилась ярким зеленым светом и, вплотную приблизившись к Пэй, исчезала у нее в груди. Как только это произошло, весь огромный зал, где проходила церемония, наполнился гомоном. Монахи падали на колени и бились головой об пол, выкрикивая что-то типа 'Принцесса!' и 'Наследие Квон-Ди!'. Девушка несколько секунд тупо смотрела на торжествующих монахов, после чего, потеряв сознание, распласталась на каменных плитах пола.

    Вот и верь после всего случившегося, что в жизни не как в сказке. С другой стороны, сказка сказке - рознь. Вполне возможно, что история нашей новоиспеченной принцессы окажется весьма печальной и, с большой долей вероятности, довольно короткой.

    - Эх, как похоже на родные казематы! - Произнес я, втянув носом спертый воздух каменного мешка, в который определили нас с Есаем.

    - Чего?

    - Ничего. Это я так… ностальгирую.

    Монашек уселся на одну из двух разложенных на полу циновок и подавленно оглядел 'наше временное пристанище', как изволил выразится настоятель.

    - А у нас в храме кельи просторные, с большими окнами и видом на горы.

    - Полагаю, мы сейчас в специальных апартаментах для особо дорогих гостей, - хмыкнул я, усаживаясь рядом.