Мужчины слушали эту речь молча, злясь все сильнее и сильнее, к вящему злорадству Зоркого Глаза, которое он даже не попытался скрыть. Однако на лице Таука по-прежнему не отражалось никаких чувств.

— Тем временем с юга идет смерть, — продолжал Зоркий Глаз. — У нее нет цели и избранного врага. Однако она движется на север. Вы понимаете, о чем я? То, что мы видели и пережили этой ночью, — лишь верхушка айсберга! Вы знаете о людях Стратега Блейна? Бунтовщиках, которых он отправил охранять Конец Света?

— Знаю, — хладнокровно отозвался мэр.

— Более десяти тысяч солдат. Те Мучители, которых мы встретили, — это они! Мы узнали, что представляют собой мерзкие твари — это люди, измененные отравленным воздухом Южного Левааля или воздухом, который становится ядом, смешиваясь с нашим. Огромное облако его не так давно пересекло границу. Разумеется, не все люди Блейна изменились, однако большая их часть. Несколько тысяч! Больше Мучителей, чем те, что в свое время захватили Эльвури! Входил ли этот милый пункт в планы Блейна? Об этом я не знаю. Однако такой поворот совершенно точно не входил в планы Архимага.

— Ликуй, Таук везучий! Тебе придется лишь победить авангард войска замка. Они, скорее всего, избежали наплыва Мучителей, и, я полагаю, твоему городу также это удастся. Однако главная армия уже на подходе, она отстает от передового отряда не больше чем на два дня. Им повезет куда меньше. К тому же Мучители — новый враг, с которым они не привыкли сражаться. Баллисты, мечи и стрелы вряд ли помогут им.

Сердце Сиель бешено забилось, словно поняв то, что пока не укладывалось в голове. Мужчины заговорили одновременно, перебивая друг друга.

— Ты хочешь сказать… — начал один.

— Я смеялся от нежданной радости, от облегчения, — произнес Зоркий Глаз, опускаясь на спину и закидывая ногу на ногу. — Это очень странный мир. В одно мгновение — заметьте, лишь на мгновение — ты вдруг не обречен. Однако еще остается бой с авангардом армии, который будет серьезным испытанием. Просите помощи у Высоких Скал, и как можно быстрее! Вы должны одержать победу, ибо замок вскоре лишится большей части своих сил, как Архимаг и планировал. Однако он полагал, что это произойдет после того, как все Вольные города падут, оставив после себя лишь руины и пепел, а все их жители погибнут!

— Тогда мы победим, — скептически произнес один из всадников.

— Нет, — произнес Зоркий Глаз, резким движением садясь. Казалось, он внезапно протрезвел. — Вы переживете лишь одну угрозу. Вы получите земли, полные смерти, и чужой мир к югу от своего дома, о котором мы ничего не знаем. Вы ближе всех к границе. By пока остается на троне, быстро превращаясь в бога. Ему не понадобятся ни армии, ни люди, и остается только надеяться, что после перемены он утратит к вам всякий интерес. Что еще хуже, драконы вот-вот вырвутся из своих небесных темниц, а они желают смерти всем нам. Вам не доведется познать мирную жизнь еще очень долго — если это время вообще настанет. Ибо Маятник качнулся. Вы, возможно, не знаете, что означают эти слова, но я сомневаюсь, что способен объяснить вам их смысл.

Если бы Зоркий Глаз хотел истребить последнюю искру веры в лучшее в этих людях, то ни одно заклинание не справилось бы с этой задачей быстрее, чем его короткая речь.