Тяжелая рулетка, зачем-то оказавшаяся у меня в руке, пролетела два метра и с громким стуком угодила в середину лба незваного посетителя. Прораб был профессионал, носил рулетку длиной в двадцать метров, поэтому, получив полукилограммовый металлический диск в голову, неизвестный тихонько сказал «Ой!» и сложился тут же, у порога, на самой границе между светом и тьмой. Мне, честно говоря, некогда было смотреть жив непрошенный гость или нет — надо было спасать Брагина, умудрившегося вляпаться в непонятное дерьмо. Я поднял пистолет неизвестного он оказался пистолетом «Макарова», правда, с какой-то аббревиатурой на затворе, но вчитываться мне было некогда. Зацепив пистолет пальцем за спусковую скобу, чтобы не стереть пальцы неизвестного, я перепрыгнул через последнего, замер на несколько секунд, чтобы не повторять ошибку незваного гостя и адаптировать зрение к яркому свету.

А на строительной площадке вовсю шло веселье. Какой-то короткостриженый и мордатый тип в темном, с искоркой, костюме и остроносых туфлях, держал на прицеле, брутального вида, помпового ружья, стоящего на коленях, оперуполномоченного Брагина, которому, пыхтя от усердия, вязали за спиной руки, двое каменщиков. Третий строитель бестолково бегал вокруг, размахивая огромным мотком шнура, наверное, хотел замотать Брагина всего, с ног до головы, как куколку. Объединяло стрелка и строителей одинаково радостные выражения лиц судя по которым Брагина ничего хорошего в будущем не ждало. Вероятно, его бы залили бетоном в основании местного уличного туалета.

Что характерно, водители самосвалов сразу заняли нейтральную позицию, встав у своих «КАМАЗов» и что-то обсуждавшие, старательно делая вид, что происходящее их не касается ни в какой мере. Я очень сомневаюсь, что убив милиционера, строители и мордатый оставят водителей живыми очевидцами, но, пока живут, они надеются.

Прораб же, болезненно почесывая рукой в паху (качественно я его все-таки приложил) стоял за спиной мордоворота и что-то горячо ему докладывал. Я успел подумать, что, если мордоворот сейчас выстрелит, то под выстрел попадут не только Брагин, но и горе-строители, после чего выстрелил в владельца ружья.

Честно говоря, стрелял я в обтянутую дорогой тканью, тушку «нового русского», а попал в слоноподобную ляжку. Но, видимо, попал качественно. Ножка сорок четвертого размера подломилась, и мужик рухнул на землю, не заботясь о чистоте костюма, громко вопя и пытаясь зажать руками дыру в брюках.

Н-да. Вот вроде бы строители выглядели опытными сидельцами, но первым делом обезоружить Брагина никто из них не догадался. И теперь один из бывших жуликов потянулся к кобуре, висящей на поясе Виктора, но встретившись со мной взглядом, торопливо отдернул руку.

— Все легли, а ты развязывай его…- я мотнул стволом, дождался, когда бледного Виктора размотали, дождался, когда Брагин отдышался и достал пистолет, после чего пошел за человеком, которого я оставил на пороге гаража.

Если бы я не пребывал в полнейшем бешенстве, наверное, он бы меня подловил. Не обнаружив жертву на месте, я почувствовал злость и азарт, как будто в десятый раз не мог пройти очередной уровень в «Думе». Что мы имеем? Вход в подземелье, монстра, который затаился за углом и порвет меня в кровавые клочки, как только я шагну за порог.

— Держись сука. — я нашел на земле пыльный обрывок газеты, осмотрел его с обратной стороны, дабы газетка не использовалась по прямому назначению, обхватил газетой рукоять трофейного пистолета, после чего максимально сместился вправо и выстрелил в темноту гаража, почти за угол.

Визг рикошета в закрытом помещении впечатлил даже меня, стоявшего снаружи, в безопасности.