|
Больше всего мне хотелось зацепить машину с непонятной арматурой. Даже не знаю, что это такое, но, чем бы ни было, это явно дороже, чем почти кустарные шлакоблоки. Но я не знал с какого склада. Или даже, от какой организации повезут эти арматурины, а стоять у стола у Клавдии Михайловны, которая явно покрывала жуликов документарно, явно было технически невыполнимо. Поэтому мы просто встали недалеко от шлакоблочного производства, рассчитывая проследить знакомые мне машины.
— А если машина пойдет к вам на стройку? — Брагин достал меня вопросами, скрывая свое недовольство. Одно дело честный грабеж или квартирная кража — раскроет их товарищ Брагин, чьи былые заслуги и подвиги руководство уже забыло — честь и хвала тебе, уважаемый оперативник, можешь в воскресенье дома отдохнуть, а не выходить н очередное усиление, а тут то ли мошенничество, то ли хищение, то ли присвоение… В составах этих преступлений бравый сотрудник уголовного розыска откровенно «плавал», кроме того, он обоснованно опасался, что материалы отдадут «бэпникам», которые впишут в раскрытие исключительно себя… — Вон он…вернее они… — я повернул ключ зажигания, вывернул на дорогу и неторопливо повел «Ниссан» вслед за парочкой чадящих «КАМАЗов» с оранжевыми кабинами. Когда машины свернули в сторону улицы Второго космонавта, я хотел было развернуться и направиться обратно, в сторону шлакоблочного цеха, так как в самом конце улицы Второго космонавта и располагался наш поселок будущих таунхаусов, но промедлил с место для разворота, поэтому последовал за самосвалами, ища глазами новое место для разворота. — К ним мужик какой-то сел…- пробормотал Виктор, когда я замер на осевой, в ожидании разрыва в непрерывном встречном потоке. — Какой мужик? — А я знаю? Какой-то мужик махнул рукой, остановил самосвалы, сел в первый из них, и они поехали дальше. — пожал плечами Виктор. — Да? — я резко передумал разворачиваться и рванул вслед за самосвалами, чьи высокие кузова мелькали в самом конце улицы. Перестраивался я через-чур резко, так как вслед моей машине понеслось несколько яростных звуковых сигналов, а какой-то наглый тип на желтой «тройке» догнал нас, стал прижимать, но разглядев в салоне иномарки двух удивленных ментов в форме, дал по тормозам и исчез в потоке. Между тем, «КАМАЗы», не доехав до поворота к нашей строительной площадке, развернулись и покатили непонятно куда, на что мне пришлось последовать за ними, отчаянно ломая голову, что делать дальше. Я мог попытаться остановить машины на трассе, когда даже последнему идиоту будет понятно, что машины с шлакоблоками едут куда угодно, но не на строительную площадку таунхаусов. И ключевым словом здесь было «попытаться». Ну да, мы с Виктором были одеты в летнюю форму, на двоих у нас было два пистолета и самодельная палка, обработанная на токарном станке и покрашенная черно-белыми полосами, что должно было изображать жезл гаишника. С учетом того, что даже у инспекторов ГАИ я встречал самые разные жезлы, в том числе и самодельные, и даже совмещающие в себе обрезок резиновой дубинки и полосатого жезла, этот пункт экипировки мог и пройти на ура. Но вот остальное… По причине материального обнищания Брагин надел под форменные брюки коричневые мокасины. Вероятно, по отдельности. каждая вещь смотрелась здорово, но вот вместе мне они резали глаз. Я представил себя на месте водителя «КАМАЗа», которого пытаются остановить на трассе два таких милиционера, и решил, что я бы не остановился. Ладно, водитель многотонного грузовика просто не остановится… А если он решит стукнуть моего «ниссанчика», чтобы обезопасить себя от погони? Нет, подставлять свою машину под удар самосвала, который может размазать мою машину, а у него только краска обдерется? Нет, такой ценой решать вопросы я не готов. |
