— Может быть, это другой человек. Кейн, о котором я говорю, — настоящий великан, он больше шести футов ростом и могуч, как трое сильных мужчин. У него грубоватые черты лица, рыжие волосы, и он иногда носит короткую бороду; меч — за спиной, на карсультьяльский манер. Левша, хотя умело фехтует обеими руками. Но самое главное — его запоминающиеся глаза. У него голубые глаза, в глубине которых горит угроза…

— Мы говорим об одном и том же Кейне, — неохотно признал Гавейн. — Ну и что?

Гаэта заставил себя говорить уклончиво.

— Так Кейн в Себбее, да? Мэр рассматривал свою чашу.

— Да, Кейн здесь, в нашем городе. Тоэм знает, что его тут держит. Живет в старом доме Нандая. Держится сам по себе — знается только с Рихейль. Ты его друг?

Гаэта рассмеялся и встал; его люди у стойки потянулись к рукоятям мечей, но остановились, увидев, как страстное торжество озарило длинное лицо Крестоносца.

— Нет, Кейн мне не друг! Отнюдь! — громко заявил он. Горожане уставились на него в недоумении.

— В мире за пределами вашей земли призраков люди знают меня как Гаэту Мстителя! — объявил он. — Я сделал целью своей жизни преследовать и уничтожать силы зла, приносящие смерть и потери беспомощным! Слишком долго зло влияло на наши жизни, слишком долго создания зла безнаказанно мучили людей! Зло правило нашими жизнями со всепоглощающей и безжалостной мощью; и человечество должно было склоняться перед этим ужасом или быть уничтоженным! Но я поклялся уничтожать служителей зла, которые держат человечество в рабстве! Я часто сражался с силами зла и каждый раз одерживал верх и уничтожал зло с помощью более могущественной силы добра! Порядок побеждал хаос, ибо я бился со злом его же оружием и покорял его! Покорял, ибо у меня было мужество столкнуться со злом лицом к лицу, ибо я обращал против зла то насилие, с помощью которого оно держит человечество под пятой, ибо я отвечал силой на силу! Лицо Гаэты дьявольски искажалось, когда он с яростной прямотой произносил пламенную обличительную речь. Его слушатели наблюдали за ним, пораженные ужасом, который вызывают святые и безумцы; здесь, в Деморнте, никто не осмелился разорвать паутину фанатизма, которой он опутывал их.

Окрыленный напряженным вниманием, Мститель заговорил вновь:

— Очевидно, вы не понимаете, какое чудовище живет здесь, в вашем городе! Невероятно, как он, с его мрачным прошлым, еще не занялся вами, — один Тлолуин знает, какие дьявольские планы он уготовил вам и вашей земле! Мне приходилось сражаться с бессердечными, не знающими жалости монстрами в человеческом обличье, но Кейн, вероятно, самое жестокое создание из когда-либо живших на земле. Его злодеяния столь бесчисленны, столь низки, что большинство считает Кейна всего лишь жуткой легендой! Некогда я и сам считал его легендой — но в далеких походах я слишком часто натыкался на кровавый след Кейна, чтобы теперь сомневаться в его существовании!

— Легенды… В далеких странствиях можно услышать множество легенд! Удивительно, к каким глубоким истокам человеческой истории они уходят. Многие из них вполне могут быть подделкой или более поздним толкованием, но есть много сведений, позволяющих сделать серьезные выводы. В них говорится, что Кейн бессмертен, более того, что он был одним из первых настоящих людей. Легенды гласят, что Кейн восстал против своего творца — какого-то забытого бога, пытавшегося создать совершенную человеческую расу по своему извращенному идеалу. Этот бог терпел неудачу за неудачей, пока не создал золотую расу, которую для собственного развлечения поместил в укромный рай. Не совсем ясно, как Кейн побудил эту расу восстать против райского существования, — он даже убил собственного брата, который любил бога. И вот пришел конец золотого века, а человечество рассеялось по древней земле.