В общем наворовать особо Ясончик не успел, как ждут его, значится, брат-дознаватель, эпистолярий и зачитывают приговор. Публичное изгнание с позором из управленческого аппарата, компенсация натыренного и штраф. И… всё. Снисхождение, варп подери, за беспорочную службу.

Прибили бы тогда, мысленно вздохнул я. Но было как было. И вот, остаётся наш Ясончик у разбитого корыта. Он никто, звать его никак, путь в тот же Администратум надёжно перекрыт чёрной, хотя и ультрамариновой меткой «вор» в деле.

При всём при том, семейка у еретичища была не бедной, да и сам он далеко не бедствовал. И компенсация и штрафы не отъели даже десятой части его весьма весомого состояния.

Но роль рантье или мануфактурщика Ясончика не привлекала. А были у него обиды и огорчения, ненависть к очкомаринам, да и к Империуму претензии появились. А ещё зависть к псайкерам — какая власть-то!

Притом, сам еретичище хоть и не пария, но ню, простой человек со слабыми способностями.

В общем, прихватывает Ясон денюжку, да и покидает Макраг, что в рамках «изгнания с позором» никого и не удивляет.

А надумал наш еретичище вот что: от целей своих он не отказался, но возжелал он стать ещё и псайкером, власть над умами и тайнами имеющим. Как мечта, но осуществимая, как считал он. Вот только «власти всё скрывают», что в общем-то, правда. Доступность информации по имматериуму даже чиновнику высокого ранга, кем был до поры еретик, весьма ограничена.

Прикинул он, где бы информацию надыбать, как эту, так и вообще. Себе на благо, да и не только информацию. И вывели его извивы мысли на такую замечательную организацию, как Экклезиархия.

Знаний — до варпа, а организованно всё через задницу. Кроме того, вариант «кающийся грешник» попами зело уважаем, особенно если енто публично и поучительно, а если ещё с пожертвованиями — так совсем замечательно.

В общем, следующий аккорд — появляется кающийся греховодник Ясончик на кардинальском Мире, Мире-Святыне.

Денюжки двери открывают, так что в кафедральном соборе появляется посыпающий пеплом, бодающий всё, что под кающийся лоб подвернётся, дядька. Театрально вопящий «о, как я страдаю, Император прости и всё такое».

Продолжается это безобразие пару месяцев, приправленное обильными и публичными пожертвованиями, заказами молебствований по «заблудшей душе» еретичища. В общем, добротное, качественное представление.

Ну и аж сам кардинал явился, на мецената, пеплом присыпанного полюбовался, на разор и учинение, нанесённое кающимся любом — тоже. Сальду с бульдой свёл, с учётом пожертвований, на всяких, с бараньими глазами, верующих полюбовался.

Да и заявил, во всеуслышание, что Импи простил. Всеобщее ликование прилагается, но еретичище подсеменил на коленочках к попу и возопил, что мол всё одно, хоть прощён, но душенька требует на благо такой замечательной экклезиархии послужить.

И сделал Ясончик очень грамотно: распиарил свою невзрачную персону, да и направлять его в «крутильщики свечек» — просто нерационально в сложившихся раскладах. Поп подумал, предложил чуть ли не секретарское место (а данные, как понятно, попы собирали и десятилетия эффективной службы отметили). На что еретичище выдаёт, что мол недостоин он, надо с чего-то пожиже, а потом, если Импи не против, выслужится. Довольный поп покивал.

Что любопытно, Ясона поповьи псайкеры проверяли. Но — ничего не выявили. Дисциплиной сознания еретик обладал, информацию доступную пристрастно изучил. И да, искренне раскаивался в воровстве. И с попятней будущее связывал не менее искренне. А вот побочные «мелочи» он надёжно скрыл, а мозголазы не докапывались.

В общем, стал еретичище кардинальским помощником библиотекаря, а потом библиотекарем и советником.

Получив доступ к вожделенной им информации.