Кренс был опытным переговорщиком и мгновенно уловил перемену в голосе собеседника.

— Что-то случилось, нужна помощь?

— При встрече, — не желая вести разговор под усиливающимся дождем, ответил Павел. — Я буду через минуту.

Он быстро шагнул на платформу, доставая устройство для телепортации, и вбил персональный код поместья Дорков на императорском острове. Мгновение, и белая воронка утянула его в точку назначения.

Сойдя с телепорта, Головин улыбнулся двум гвардейцам, встречающим его.

— Как дела, Пенк? — поприветствовал он старшего.

— Все хорошо, господин Павл, — ответил тот, — вас ждут.

— Знаю, пошли, а то погода совсем мерзкая.

— Это точно, — заявил гвардеец и, развернувшись, повел гостя к дверям черного хода, где под навесом каменной галереи, опоясывающий весь двор, стоял слуга, принявший у Павла цилиндр, плащ и трость.

Головин вошел в дом следом за Пенком, который повел его к кабинету младшего из братьев Дорк. Прошли те времена, когда его тут обыскивали, несмотря на разницу в сословиях, они с Дорками стали настоящими друзьями.

Очередной слуга распахнул дверь, давая войти.

Кренс шагнул навстречу, они обнялись.

— Диалл сейчас будет, закончит разговор с посланником императора и присоединится, — он указал на столик, уже накрытый на троих. — Где Дия? За последние три года я не помню, чтобы ты бывал у нас без нее. Поругались?

— Нет ее, — покачал головой Головин, — вообще нет, погибла четыре дня назад, пала в бою. Я только что с похорон.

— Понятно теперь, как тебя в столицу занесло. Соболезную. Пусть она была простолюдинкой, но чести, отваги и решительности в ней было по более, чем у многих благородных семей.

— Ей бы понравились твои слова. Спасибо тебе, друг.

— Что раньше на связь не вышел? Я бы тоже хотел проститься. Да и Дмера тоже, они подружились, как это ни странно звучит.

— Извини, не подумал. Да и, как бы это сказать… Родня ее там была, а вам не стоило бы светиться в такой компании, урон престижу. Но, если хочешь, мы можем навестить ее склеп, у меня есть доступ.

— Конечно, друг, не откажусь. Ошарашил ты меня. Плохой я хозяин, накинулся на тебя с порога, давай, присаживайся и закуривай.

В этот момент дверь распахнулась, и вошел старший брат.

— Здравствуй Мираж, — поприветствовал Диалл, протягивая руку и обнимая гостя. — Дия, что, даже не поздоровавшись, уже к нашим женам упорхнула?

— Бл… — не сдержался Головин, выругавшись на великом и могучем.

— Что не так? — удивился Диалл.

— Погибла Дия, — проинформировал его младший брат, — Павл только с похорон.

— Прости, друг, не знал, это очень печальная весть, она была… Хотя, думаю, ты и сам знаешь, какой она была. Еще раз извини, давайте выпьем в ее честь. Эй, — крикнул он, зная что слуга в коридоре услышит, — красного южного сюда.

Бутылка появилась на столе уже через две минуты, Головин даже не успел трубку набить.

Слуга, следуя этикету, разлил вино по бокалам и удалился.

Все встали, прозвучали дежурные слова, но, в отличие от дядюшки Дии, в этом кабинете они звучали гораздо искренней.

— Ты нашел убийцу? — спросил Кренс.

— Нет, но его ищут, — взгляд Павла на мгновение стал злым. — И когда найдут, я его убью.

— Не сомневался, — отозвался Диалл. — Но к тебе есть разговор, мы как раз вечером собирались с тобой связаться.