— Знакомься, Павл, это Нерк, ему можно верить. К семье он отношения не имеет, но тайны хранить умеет.

— Это хорошо, — разглядывая лекаря, ответил Головин, — а то во многих знаниях много печали.

Нерк удивленно посмотрел на сидящего в кресле человека в мундире наемника.

— Кто сказал сии замечательные слова? — поинтересовался лекарь.

— Не верите, что подобное мог родить наемник? — сдерживая смех, поинтересовался Павел.

— Простите, не хотел вас задеть, — тут же сдал назад Нерк.

— Не беспокойтесь, — все же улыбнулся Мираж, — это и вправду не мои слова. Где-то услышал и запомнил. Когда начнем? Время поджимает.

— Вечером, — демонстративно достав из кармана часы и откинув крышку, изучая циферблат, ответил Лекарь. — Часов через пять. Отдохну с дороги, а то руки подрагивают, и начнем. Было бы неплохо узнать, что от меня требуется?

Головин бросил взгляд на Кренса, тот его перехватил и кивнул.

— Господин Нерк, — произнес младший из братьев. — Так вышло, что дело очень щепетильное. О том, что тут произойдет, знают всего два человека, вы будете третьим. И нам бы очень не хотелось, чтобы эта информация вышла за двери этого кабинета.

— Вы, господин Дорк, платите мне большие деньги, и знаете, что я не болтаю, — спокойно и с достоинством ответил лекарь.

— Знаю, — подтвердил Кренс, — поэтому и вызвал вас на край мира. Но случай и вправду особый. Вы увидите то, что не должны видеть, и это тайна, которая, надеюсь, останется тайной. В ином случае… — Он сделал паузу.

— Даже так, — лекарь тут же стал серьезным. — А я отсюда вообще выйду?

Головин и Кренс синхронно кивнули.

— Сделайте дело, — влез в разговор Павел, — держите язык за зубами, не задавайте лишних вопросов, и ваша жизнь не изменится.

— Это я могу, — легко согласился Нерк. — Итак, расскажите мне, что конкретно требуется сделать?

Дорк бросил взгляд на Головина.

— Вы должны разрезать живот господину Павлу, провести вживление артефакта, затем вернуть все, как было, и забыть.

Вот теперь лекарь выглядел крайне озадаченным.

— Значит, это не банальная операция по удалению плода очередной простолюдинки, залетевшей от аристократа?

— Нет, — покачал головой Мираж. — Вы увидите то, что никто никогда не видел.

— Уже жалею, что согласился, — настороженно произнес Нерк.

— Поэтому оплата даже не двойная, а тройная, — заметил Кренс. — Плюс ваше молчание, итого пятьдесят тысяч. И деньги вперед.

— Я согласен, — после довольно долгого обдумывания произнес Нерк. — Но деньги наличными, никаких чеков.

Головин достал из кармана пять пачек и кинул их на стол. Лекарь несколько секунд смотрел на них, после чего взял чемоданчик, с которым приехал, открыл его и одним движением смахнул марки внутрь.

— Итак, что конкретно мне предстоит?

Головин разделся до трусов и забрался на операционный стол. Для Нерка, чтобы ему было удобней с его небольшим ростом, заранее сколотили деревянный помост.

— Понижаю регенерацию, — мысленно произнес ИИ. — Полное отключение сознания через двадцать секунд. Отсчет — двадцать, девятнадцать…

Когда прозвучало «ноль», Головин вырубился.

— Он отключился, — сказал лекарь, бросив озадаченный взгляд на стоящего по другую сторону стола Кренса.