А потом до меня дошло.

Как я и подозревал, дополнительная стена появилась поперек тюремного крыла не просто так – за ней с двух сторон от широкого прохода все еще сохранились решетки. Причем много. Навскидку там было не менее восьми клеток с каждой стороны. И в каждой кто-то сидел. Но не звери. Вовсе нет. Это были люди. А точнее, девушки. Дарру. Правда, в таком ужасном виде, что я поневоле споткнулся и какое-то время мог только молча взирать на то, во что их превратили.

Болезненно худые, в куцых обрывках ткани, в которых едва можно было признать некогда красивые платья. Полуголые, с обломанными ногтями и со спутанными волосами, которые занавешивали изможденные лица засаленными патлами. Но что самое жуткое – дарру метались в клетках, как обезумевшие. Кричали. Выли. Ожесточенно трясли металлические прутья. В одной из камер совсем молоденькая девочка вовсе бесновалась так, что я всерьез усомнился, осталось ли в ней хоть что-то человеческое.

Некоторые дарру оказались полностью обнажены. На их телах виднелись свежие царапины и синяки. Прямо у нас на глазах какая-то девушка с ревом налетела на решетку, рыча и скалясь, как бешеная волчица. Решетка от удара содрогнулась до основания, девчонку откинуло к противоположной стене, но дарру тут же вскочила и кинулась снова, не замечая, что после каждого удара на ее теле возникают новые синяки.

При виде мечущихся в клетках девушек мне стало не по себе. А когда я заметил, что внутри каждой клетки были двойные решетки по бокам, благодаря чему дарру не могли дотянуться друг до друга, мне стало совсем нехорошо. А из горла Карриана вырвался хриплый рык:

– Ты!..

– Простите, ваше высочество! – взмолился эль Сар, развернувшись к взбешенному наследнику престолу и сложив в молитвенном жесте ладони. – Я действительно не хотел их показывать. Это слишком трудное знание, вы правы! И эти девочки… к сожалению, не все дарру заканчивают обучение в здравом уме! Мы не сумели их спасти! Не уберегли! Просто не смогли, господин, хотя очень старались! Прошу вас… умоляю, простите меня за это!

У Карриана свирепо раздулись ноздри, а обезумевшие девочки в клетках раскричались еще пуще.

– Что значит, не смогли?!

– Их же привозят сюда совсем маленькими, – скороговоркой пояснил хозяин замка. – Большинство нам удается вырастить и воспитать достойными леди. Но дарру такие хрупкие! Эти девочки, как никто, подвержены перепадам настроения! Особенно, страхам. Тревогам. И они так близко переживают потерю семьи, что иногда это оказывается смертельно опасно для их разума! Даже небольшое перенапряжение может столкнуть их в пучину безумия! Обычная ссора! Невыученный урок! Неудачная тренировка! Чаще всего нам удается с этим справиться, но иногда… иногда их разум все равно угасает, и у нас не получается его вернуть!

Я с подозрением оглядел заломившего руки графа: что-то плохо верится, что этот надменный красавчик так уж испереживался за незнакомых девчонок. Хотя, может, дарру поэтому стараются держать по отдельности? Зная, что они рано или поздно разъедутся и, скорее всего, больше никогда не увидят друг друга, было бы опасно позволять им заводить здесь дружбу. Хоть со слугами, хоть с воспитателями, а хоть друг с другом. Насчет эмоциональности он тоже не соврал, хотя, по-моему, все же преувеличил. Девочки, конечно, нежные создания, но не до такой же степени!

– Что еще ты мне не сказал?! – процедил Карриан, окинув нечитаемым взглядом полутемный подвал.

Граф эль Сар виновато опустил голову.

– Еще у них бывают срывы на занятиях.

– Что за срывы?!

– Мы стараемся по мере возможностей развивать их дар, ваше высочество.