|
Открывает дверь еще до того, как ты решил уйти. Не порицает. Не осуждает. Всегда и во всем поддерживает, потому что иначе не умеет. И заслоняет тебя собой, даже понимая, что живым из боя не выйдет… годами, ученик. Десятилетиями. Сродняясь, словно брат-близнец, у которого с тобой до смерти останется одна пуповина… Никто не удерживается, поверь мне. Поэтому разрыв – это всегда болезненно для обоих.
– А как же…?!
– Первые тени появились еще на заре становления империи, – на мгновение прикрыл глаза мастер Зен. – Тогда же появилась и магия, которая привязывает нас друг к другу. Это темная магия, ученик. Поэтому она такая сильная. Именно в ней – основа тех уз, которые связывают нас цепями. К сожалению, изменить заклинание или хотя бы ослабить его магам не удалось. Все или ничего… двое или ни одного. В том числе и поэтому единовременно у императора может быть лишь одна такая тень. До недавнего времени этой тенью был я. Но я больше не могу выполнять свои обязанности. Мое присутствие его ослабляет. А император не может позволить себе иметь слабости. Поэтому он меня отпустил.
– Видимо, он знал, что в противном случае вы ушли бы сами…
Я заглянул в глаза учителя и так же неожиданно понял: нет, если бы император его не отпустил, учитель не ушел – он бы умер, освобождая место для более молодой и сильной тени. И тогда у его величества не осталось бы ни обузы, ни выбора. Вот почему император отдал такой приказ. Вот почему мастер-тень до сих пор жив. Такую правду даже мне было сложно принять. Быть до такой степени верным человеку, чтобы в какой-то момент добровольно отступить в сторону, позволив ему продолжить путь в одиночестве… знать, что рядом с тобой он будет постоянно оглядываться, беспокоиться, а значит, станет уязвимым… чтобы принять такое решение, нужно обладать особым мужеством. Зато теперь я лучше понимал, что именно меня ждет. Только не был уверен, что смогу повторить такой подвиг.
– Магическую клятву невозможно разорвать, – неожиданно добавил мастер Зен, когда я задумался над сказанным. – Она довлеет до смерти либо хозяина, либо тени. Но есть период, когда связь между ними ощущается особенно остро. Три года порознь – это срок, который позволяет тени перестать всецело зависеть от воли хозяина. Чем дальше расстояние, тем быстрее и проще происходит отвыкание. Однако, как я уже сказал, мне было легче. Я пережил эти годы в башне. Сперва один. Потом с тобой.
Я вздрогнул.
– А для императора они еще не закончились!
– Верно, – бесстрастно подтвердил учитель. – Для Орриана последнее покушение случилось прошлым летом. И еще два года он ни морально, ни физически не будет готов к новой тени. Он, конечно, все и всегда продумывает заранее. Даже тебя нашел, хотя срок окончательного разрыва нашей связи еще далек от завершения. Вероятно, он полагал, что к тому времени, когда это произойдет, ты как раз дозреешь. Но ты закончил обучение раньше…
– И поэтому его величество решил использовать меня по-другому, – наконец-то сообразил я. – Что ж, это многое объясняет. Но не отменяет моих обязанностей и того факта, что кое-какие вещи я должен знать по определению.
На губах учителя мелькнула слабая улыбка.
– Что именно тебя интересует, ученик?
– Сегодня я узнал, что у его высочества появилась невеста…
– Фонтан проснулся? – моментально оживился мастер-тень, а я, напротив, насторожился.
– Вы не слышали?
Наставник качнул головой.
– Мне запрещено появляться за пределами тренировочного зала, поэтому никаких сведений о происходящем во дворце у меня нет. Но я рад за Карриана.
– Это вы его учили? – быстро спросил я, боясь, что потом учитель не будет откровенничать. |