— Нет, вы картину Репина «Не ждали» помните? Или «Здравствуйте я ваша тетя» смотрели? Кого же я вижу перед собой? Ларису, свою непорочную невесту. Которая мне клялась и божилась. Мать твою!

Серж осушил еще полграфина, но пыл его, очевидно, уже давно угас. Сейчас доносились лишь отголоски эха.

— А может, она тоже себе мальчишник решила устроить, на прощанье? спросил Игорь. — Что же потом?

— Выбил я ей два зуба — на память, и уехал. Свадьбе конец, — закончил Серж, вздохнув как Аякс, перебивший стадо свиней и неожиданно прозревший.

— Грустная история, но Мишель тебя предупреждал, — заметил Петро. — Не вяжись с блудницей.

— А ты знаешь, как их отличить — блудницу от порядочной женщины? спросил Игорь. — Это еще вопрос вопросов. Печать в паспорте не ставят. Где кстати он?

— С утра разыскиваем, — сказал Серж. — Пропал куда-то. И Большакова нет.

— Поехали искать вместе, произнес Кононов, прекращая застолье.

5

Выяснилось все вечером. Еще в шестом часу Большаков сбросил на пейджер Игоря информацию: «Мы в „Домике“, срочно.» Сигнал был тревожный, Геннадий не должен был привозить туда Мишеля — значит, случилось действительно что-то из ряда вон выходящее. «БМВ» Кононова со всеми ребятами рванул туда, за город. А там, кроме Большакова их встретил еще и Денис, с осунувшимся лицом, в испачканной кровью рубашке, закатанной по локоть. Он приехал за час до них, со всеми своими инструментами, но, похоже, уже ничего не мог сделать, Мишель лежал наверху, в постели Алика, бледнее той простыни, которой был укрыт. Она тоже была измазана кровью. После обезболивающего укола он еще находился без сознания. Но все выглядело сквернее некуда. Пробоина серьезная, можно надеяться лишь на чудо. Так объяснил Денис. Он говорил отрывисто, шепотом.

— Проникающее ранение, пуля задела селезенку… ничего нельзя сделать, ничего… оперировать слишком поздно и… бесполезно. Да выйдите вы все отсюда!

Ребята толпились возле постели, с напряжением всматриваясь в заострившееся лицо Мишеля. Тот дышал тяжело, прерывисто, на лбу проступали крупные капли пота. Игорь повел всех вниз, рядом с Мишелем остался один Денис.

— Чего он бронежилет не одел? — бормотал Геннадий.

— Что произошло? — встряхнул его Хмурый.

— Знаю только то, что мне сказал Мишель. Когда смог до меня доехать, ответил тот. — Выходит так: единолично копал про то, как от нас «Кратер» уплыл. И выяснил, что за всем этим стоит Бершунский. С его подачи шли все эти акции. Потому и прятался. А сейчас, вроде, все документы переведены на него, на Бершунского. Он — владелец.

— Чушь! — усмехнулся Игорь. — Бершунский пешка. Подставная фигура, даже если это так. За ним другие стоят. Покруче. Почему он мне ничего не сказал?

— А ты спроси его? Потому. Потому что ты отказался что-либо предпринимать. И нас всех отвел в сторону.

— Верно, — вставил Серж. — Мне тоже непонятно, почему нельзя было побороться?

— А Мишель, видимо, решил отомстить, — продолжил Большаков. — Он парень горячий. Артист.

— «Артист», — согласился Кононов. — Башка дурья. Что он натворил?

— Насколько я понял: вычислил, где скрывается Бершунский. Поехал к нему на квартиру. Уложил охранника. Выпустил в администратора всю обойму из «ТТ». А охранник то ли жив остался, но пустил пулю вдогонку Мишель — вниз, дошел до машины, добрался до меня.