– Скользкая грязь под ногами. Вы, вероятно, заметили.

– И все же вы обратили на это внимание и успели сменить тактику, – сказал Шуран. – Это невероятно.

– Вы тоже хороши, – признал Кест. – Но, увы, не святой.

Рыцарь-командор улыбнулся.

– Именно так. Я бы никогда не смог победить вас в честном бою. Теперь я это понимаю.

Слова «в честном бою» меня встревожили. Я огляделся вокруг, ища, где же ловушка – может, поблизости прячутся люди Шурана с арбалетами в руках, – но ничего не заметил. Возможно, Шуран просто решил напоследок сделать великодушное признание, поняв, что встретил того, кто лучше него.

Капля крови скатилась на бровь. Через секунду всё закончится.

Из-за разговоров о гальке и скользкой грязи я поглядел на землю, чтобы проверить, нет ли там чего, что может помешать Кесту покончить с Шураном, но ничего не увидел. Несмотря на все ухищрения Шурана, Кест двигался осторожно, стараясь стоять на твердой земле: даже когда противник пытался завлечь его, он обходил опасные места. Но кое-что не давало мне покоя. Зачем Шуран продолжал придерживаться столь неудачной стратегии? Да и вообще, откуда ему известно, где находятся все эти булыжники и гальки, словно он…

Ну конечно же, он всё это подстроил, сообразил я. Коварный ублюдок изучил здесь каждый камешек, каждый дюйм пыли на земле еще до поединка, поэтому он точно знал, как нужно двигаться. Кест слишком умен и наблюдателен, он обошел все ловушки, которые расставил для него Шуран, а теперь стоял на…

Тысяча чертей!

– Кест! – крикнул я. – Назад!

– Поздно, – сказал Шуран.

Он качнул головой, и кровь брызнула из раны на лбу. Кест поднял клинок, чтобы отсечь Шурану голову. Капля крови упала на землю, и клинок Кеста застыл в воздухе.

Святой попытался двинуться, но не смог. Ноги его задрожали, словно рука великана пыталась придавить его к земле.

– Я попросил попа освятить землю. – Рыцарь-командор ковырнул почву перед собой, и мы увидели идеально нарисованный круг. Кест стоял посредине. – Для действия магии нужна лишь капля крови. Конечно, я бы предпочел, чтобы это была ваша кровь, но и моя сойдет. Вам следует склониться: именно этого хотят боги от святого, стоящего на освященной земле.

Я бросился к ним, надеясь вытолкнуть Кеста из круга, но Шуран поднял клинок, и я едва успел остановиться, чтобы не налететь на острие.

– Не стоит, – сказал Шуран, не отводя взгляда от Кеста. – Наверняка вам будет приятно узнать, Кест, что я не могу вас убить, пока вы находитесь в круге. – Он размахнулся и рубанул по голове Кеста, но клинок его отскочил, словно ударился о стену. – Религия приносит столько хлопот, вы не находите?

Кест упал на колени, невольно склонив голову.

– Вы не смогли победить меня, Шуран. Что бы вы сейчас ни сделали, я убью вас, когда всё закончится. Вы никогда не станете святым клинком.

– Разумеется, стану. – Шуран ткнул в меня клинком – я отпрыгнул назад, но не успел. Острие ожгло мне щеку, я коснулся рукой – на пальцах остались капли крови.

Огромным усилием воли Кест повернул голову ко мне, и я увидел страх и беспокойство в его глазах.

– Вы так сдержанны, Кест, – продолжил Шуран. – Так логичны. Просчитываете каждое движение. Вряд ли кто-то может победить вас, когда вы полностью сосредоточенны. – Он обратил взгляд на меня. – Поэтому я собираюсь убить вашего друга Фалькио у вас на глазах, и это будет страшная смерть.

– Если вы собирались шокировать Кеста, то следовало осуществить это прежде, чем дашини пытали меня на протяжении девяти дней, – сказал я.