– Я сказал, что помогу тебе возвести ее на престол, и выполню свое обещание. Но она не продержится, Фалькио. Тринадцатилетняя? Она погибнет через неделю после коронации.

Глава десятая

Трубадуры

Селение Карефаль лежало в сотне миль от дворца герцога Ардморского. Приятная двухдневная поездка – если вам, конечно, нравится слушать храп лошадей, взбирающихся на холм и спускающихся вниз, которые иногда поскальзываются на серых плоских камнях, отколовшихся от узкой горы, словно струпья с руки прокаженного.

– Ваши дороги не мешало бы починить, сэр Шуран, – обратился я к рыцарю-командору, который ехал позади со своими людьми.

Он познакомил меня со всеми девятью, но, так как никто из них не пожелал пожать мне руку, я решил отомстить тем, что тот же час забыл их имена.

– Дороги герцогства не входят в круг обязанностей рыцарей, – ответил Шуран. – Разве плащеносцы мели лестницы и мыли полы в замке Арамор?

– Дайте ему время, – отозвался Брасти, оставив Кеста и подъехав ко мне. – Я уверен, что Фалькио и этим займется, когда покончит со всей грязной работой, порученной герцогами.

– Помалкивай, Брасти, – сказал Кест, скорее по привычке, потому что увещевания никогда не действовали на нашего друга.

Если вам кажется, что проехать сотню миль верхом, борясь с тошнотой, недостаточно сложно, то возьмите в спутники человека, который, по идее, должен вам подчиняться, и пусть он всю дорогу жалуется, как сварливая баба.

Я надеялся, что Дариана спасет меня от этого ворчания, втянув Брасти в бесконечный спор о его мужских качествах, но, к сожалению, девушки ехали позади нас. Время от времени я слышал, как они смеются. Казалось бы, не было ничего плохого в том, что они сдружились, но отчего-то меня это настораживало. Дари оказалась отличной наставницей для Валианы и порой вела себя даже дружелюбно (особенно когда шел разговор о нанесении увечий противникам), но под ангельской внешностью скрывался прожженный убийца, который не раздумывая уничтожал своих врагов. Мой конь в очередной раз поскользнулся на камне и чуть не сбросил меня со спины, напомнив, что нужно внимательней следить за дорогой.

Один из парней Шурана что-то сказал – я не расслышал его слова, но в ответ раздалось громкое фырканье. Я не сразу понял, что рыцарей все еще забавляет колкость Брасти. Должно быть, их смешит, что плащеносцы оскорбляют друг друга. Наверное, если бы мы избили друг друга до полусмерти, это их бы еще больше развеселило. Что ж, может, и такое развлечение мы им тоже предоставим.

Шуран посмотрел на меня так, словно собирался поднять щекотливый вопрос, и сказал:

– Должен признаться, первый кантор, я не совсем понимаю вашу субординацию. Если бы кто-то из моих рыцарей обратился ко мне подобным образом, то я бы устроил ему серьезную выволочку.

– Я разберусь с этим, когда придет время.

– Может, вам просто стоит урезать ему плату? – предложил рыцарь.

Брасти резко захохотал высоким голосом, едва не повизгивая.

– Прежде чем урезать плату, ее надо сперва начать выдавать. Шуран удивился.

– Вы не платите своим людям?

– Я похож на короля? – спросил я. – А вы разве платите своим парням?

Шуран повернулся к рыцарю, который недавно смеялся.

– Сэр Эллет, кто выплачивает вам еженедельное жалование?

– Вы, рыцарь-командор.

– А в случае ранения кто платит за услуги лекаря?

– Вы, рыцарь-командор.

– А если вы падете в бою, кто выплатит пенсию вашей семье?

– Вы…

– Погодите, – сказал я.