— Угу.

Ирина прищурила кошачьи глаза:

— Дай-ка я угадаю. Из громких преступлений в последние дни было только одно — убийство олигарха Риневича олигархом Боровским. Признавайся, ты к этому причастен?

Турецкий кивнул:

— Напрямую. Но не по своей воле. Я всего лишь исполнитель.

— Вот как? А кто у нас заказчик?

— Тот же, что и всегда. Небезызвестный тебе Константин Меркулов.

Ирина нахмурила тонкие брови и произнесла задумчиво и сердито:

— Н-да. Я смотрю, твой заказчик совсем меры не знает. И что теперь? Опять бессонные ночи и по две пачки сигарет в день?

Турецкий сделал брови «домиком»:

— Золотце мое, ты же знаешь — я бросаю.

— Угу, — иронично произнесла Ирина. — Чтобы через пять минут начать снова. Знаю я твои бросания. Ладно, ешь давай, пока не остыло.

Турецкий взялся за ложку. Но Ирина не думала успокаиваться. Иногда она становилась такой же дотошной и въедливой, как муж. Сама Ирина по этому поводу замечала: «С кем поведешься, от того и наберешься». Итак, она продолжила свой «допрос с пристрастием».

— Значит, ты взялся за это дело.

— Угу, — кивнул Турецкий, поглощая борщ.

— И что там такого сложного? Если верить газетам, Боровский убил Риневича публично. Прямо на вечеринке в зале Российского сообщества предпринимателей. Это-то хоть правда? Или у наших журналистов слишком сильно разыгралась фантазия?

— Правда. И публично, и в зале. Вот только…

— Что «только»?

— Мотив убийства нам не известен. А сам Боровский на этот счет молчит.

— Значит, ему есть что скрывать. Ведь не дурак же он.

— На дурака не похож, это верно. На него уже было заведено дело в Генпрокуратуре. По факту неуплаты налогов. Плюс еще пара-тройка обвинений в экономических преступлениях.

Ирина посмотрела на мужа недовольным взглядом:

— Ты об этом говоришь, как о совершенном пустяке.

— В свете нынешних событий это и есть пустяк. По крайней мере, лично для него. — Турецкий вытер рот салфеткой и добавил: — После убийства Риневича акции компании «Юпитер», которой управлял Боровский, упали процентов на тридцать. Он потерял не только свободу, он потерял несколько миллиардов долларов. А ведь он знал, на что шел, когда нажимал на спусковой крючок.

— Значит, для него важней было убить Риневича, чем сохранить эти миллиарды, — веско сказала Ирина. — Интересно, чем этот Риневич ему так насолил?

— Думаю, во всем виноват бизнес. Для таких людей, как эти двое, на первом месте всегда стоит бизнес. Все эти сделки, акции, слияния… А уже потом все остальное.

Однако Ирина не была в этом так уверена.

— Не знаю, не знаю, — задумчиво сказала она. — Я слышала, что Боровский — хороший человек. — Ирина решительно тряхнула головой. — Нет, дорогой, не верю я в то, что Боровский плюнул на свою жизнь и на свою семью из-за какого-то там дурацкого бизнеса.

— Типично женская точка зрения, — вынес свой вердикт Турецкий.

Ирина тонко усмехнулась:

— Может быть. Но еще никто не доказал, что женская точка зрения хуже мужской.

— У женщин плоховато с логикой, — сказал Турецкий.

— Может быть, — вновь ответила Ирина. — Хотя… Ты когда-нибудь слышал о такой вещи, как женская интуиция?

— В детстве.