Через полчаса сообщили, что она на операционном столе. И еще через два часа передали: врачи сказали, что она будет жить.

Тень Любви выругался и закутался в пальто. Ночи становились холодными, и он задрожал, несмотря на толстую ткань.

Стерва все еще жива.

Глава 27

Весь следующий день Дэвенпорт работал со своими осведомителями, а в больницу звонил по телефону. Утром Лили пришла в себя и поговорила с Дэвидом, который сидел у ее постели, а позднее ее навестил Слоун. Она почти ничего не сумела добавить к тому, что они уже и так знали.

«Тень Любви», — сказала Лили.

Она не видела лица, но все сходилось. Среднего роста, худощавый, смуглый. Ел сосиски.

Потом она почти сразу же заснула.

В девять Лукас позвонил своей знакомой, работавшей в отделении интенсивной терапии. Он разговаривал с ней каждый час.

— Муж только что ушел, сказал, что ему нужно поспать, — сказала она.

— А Лили пришла в себя?

— Она засыпает и просыпается…

— Я сейчас заеду, — сказал Дэвенпорт.

Лили лежала, завернутая в простыни и одеяла, изголовье ее кровати было приподнято. Лицо стало бледным, как лист бумаги. Из носа торчала трубка кислородного шланга. В руке, возле локтя, виднелась иголка капельницы.

Медсестра, с которой дружил Лукас, сказала:

— Она недавно проснулась, и я сказала ей, что ты придешь, поэтому она тебя ждет. Не задерживайся надолго и постарайся ее не волновать.

Дэвенпорт кивнул и на цыпочках подошел к кровати.

— Лили?

Через несколько мгновений она повернула голову, словно не сразу услышала его голос. Ее широко раскрывшиеся глаза были ясными и спокойными.

— Воды, — хрипло попросила она.

На тумбочке стояла бутылка с водой и пластиковой соломинкой. Он поднес ее к губам женщины, и она сделала несколько глотков.

— От дыхательных трубок у меня пересыхает горло.

— Ты себя плохо чувствуешь?

— Боли почти нет… Но у меня такое ощущение, что я… серьезно заболела. Тяжелый грипп.

— Ты выглядишь неплохо, — солгал Лукас.

Если не считать глаз, она выглядела ужасно.

— Не надо мне врать, Дэвенпорт, — с трудом улыбнулась Лили. — Я знаю, как я выгляжу. Впрочем, диета мне не помешает.

— Господи, это все… я в шоке.

Он не знал, что еще сказать.

— Спасибо за розу.

— Что?

— Роза… — Она осторожно повернула голову, словно пыталась ослабить напряжение в шее. — Очень… романтично.

Лейтенант не понял, о чем она говорит, но Лили продолжала:

— Я пережила первые пятнадцать минут… с Дэвидом. Мне было так больно, что я не думала о тебе или о чем–то еще. Просто была счастлива, что я еще здесь. И мы с ним разговаривали, а когда я подумала о тебе, пятнадцать минут прошли… и все было в порядке.

— Боже, Лили, я чувствую себя ужасно.

— Ты ничего не мог сделать, но сейчас постарайся быть осторожным, — хрипло сказала она. Ее веки стали опускаться. — Какие новости?

Дэвенпорт покачал головой.

— Мы окружили Клея нашими людьми — я все–таки считаю, что они хотят добраться именно до него. Но мне никак не удается понять, как они могут это сделать. Мы наблюдаем за грузовым лифтом, но я не думаю, что они попытаются им воспользоваться.

— Я не знаю, — прошептала она, закрыла глаза и сделала два глубоких вздоха.