Сэра села рядом с Брюидд и выгрузила на стол мешок с кольцами.

Брюидд помедлила, но потом слегка коснулась каждого кольца и сверху водворила старинное кольцо с розовым кварцем.

– Н‑да‑а, – прошептала она, – как им это удалось? Ты сказала, что они взяли ордены и заключили их в кольца.

– Правильно, – ответила Сэра. – Это рассказала мне Хенна. Похоже, так оно и есть.

– Разумеется. – Брюидд положила кольцо и отодвинула от себя подальше. Ее рука слегка дрожала. – Вот одна из причин, – прошептала она.

– Причин чего, Брюидд? – не понял Бенрольн. Он не шелохнулся, чтобы поближе посмотреть кольца.

– Издавна существовало много орденов, – пояснила она. – Я точно даже не знаю, сколько. Не уверена, что кто‑нибудь даже примерно определит их количество, но… Всегда было только десять Целителей. Если умирает один, то обязательно взамен родится другой. А теперь нас только шесть, – она ткнула пальцем на кольцо, которое брала в руки. – Вот один из пропавших.

– Ты хочешь сказать, что ордена… как… – Сэра не могла подобрать правильного сравнения.

– Как броневая экипировка, – закончила фразу Брю‑идд. – Тебе талант дается при рождении и остается с тобой, растет вместе с тобой, пока не становится твоей собственной кожей. Когда ты умираешь, кожа счищает с себя все, что было твоим – твой запах, твою фигуру, звук твоего голоса. А вот если это всего лишь броневая экипировка, то она снимается, как одежда, и ищет следующего, кому подойдет.

Она поставила локти на стол и задумчиво подперла подбородок руками.

– Орден не приходит к кому попало. – Она кивнула головой в сторону Сэры. – Ты все равно стала бы магом, даже если не была бы Вороном. Твой муж в любом случае все равно бы пел. Бенрольн все равно был бы одним из тех, кто знает, когда грянет буря. Орден приходит к тому, кто к нему готов.

– Поэтому они сделали эти камни, – мрачно заметил Бенрольн, – каждый камень означает, что Вечный Странник появился вне ордена.

Брюидд кивнула. Она посмотрела на Хенну.

– Ты сказала, что колдуны Пути, все эти мастера, обнаружили, что некоторыми камнями пользоваться не могут. Думаю, что они отобрали орден слишком быстро, частички личности еще крепко прицепились к камням. Я только один раз встречалась с подобным явлением, когда имела дело с Памятью Ворона.

– Памятью Ворона? – не понял Бенрольн.

– Памятью Ворона, – повторила Брюидд. – Это случается только тогда, когда Ворон погибает насильственной смертью. Ворон может направить энергию, которая всегда возникает в момент смерти, ордену, и в результате получает ложную жизнь, пока не осуществит месть его врагу.

– Но здесь не только камни Ворона, которые… – Сэра замолчала, потому что не знала, как объяснить.

– Нет, – Брюидд отобрала шесть колец. – Здесь Жаворонок, пара Воронов, Охотник и Бард, эти все содержат в себе часть личности их последнего носителя. Они ограничены и привязаны к камням, поэтому они не могут действовать как Память Ворона. Но бьюсь об заклад, колдуны, которые пробовали носить их, получили неожиданный сюрприз.

– Ты знаешь, что с ними делать? – спросила Хенна.

– Еще нет, – ответила Брюидд. – Ты не возражаешь, если я их возьму? – она указала на драгоценности.

– Нет, – ответила Сэра. – Может, ты можешь разгадать, что с ними делать, как освободить ордены, это больше, чем удалось Хенне и мне.

Брюидд кивнула и сгребла кольца в мешок Сэры.