- Нерин, - Флинт провел рукой по голове, взлохмачивая короткие волосы. – Я один. Никто не ждет. Нерин, я думал, ты… Думал, тебя… ранили. Или ты поранилась. Одна, в темноте, без укрытия. Зачем ты сорвалась и убежала одна? Я говорил тебе оставаться в укрытии! – он осмотрел пещеру, словно только сейчас заметил странности.

- Это правда? – спросила я. – Ты точно один? – выражение его лица, тон его голоса перечили тому, что он предатель. Он звучал искренне. Он выглядел так же, как когда был моим другом.

Флинт вздохнул.

- Правда. Я искал тебя какое-то время, думая, что найду тебя где-то под камнем на последнем издыхании. Со мной никого нет, клянусь, - он осмотрел крошечную, будто детскую, утварь. – В отличие от тебя. Похоже, у тебя есть свой повар, и кто-то убирал твои следы. Я чуть не сбился.

Стояла тишина, и я думала о том, сколько он услышал, сколько успел увидеть, пока его не выдал блеск серебра. Был ли смысл притворяться?

- У меня есть еда, - сказал Флинт. Он уже лучше контролировал голос. Он звучал как путник, пытающийся помочь незнакомке. – Моя сумка снаружи. Вижу, у тебя тут есть подобие огня. Ты голодна?

Я поняла, что за время болезни привыкла к его голосу, к изменениям в нем, к оттенкам. Я могла уловить, когда он что-то утаивал. Когда он что-то скрывал. Сейчас этого не было.

- Я хочу, - сказала я, - объяснений от тебя. Честных. Готовь ужин, если хочешь, но при этом рассказывай мне.

- А… - Флинт оглядел пещеру, где еще недавно сидел добрый народец.

- Мы одни, - сказала я. – У тебя холодное железо. В таком месте вас не подружить.

- Разве у тебя нет ножа? Я ведь, помнится, давал тебе его.

- Помнится, меня выдали тебе, как пленницу, - сказала я. – Они забрали нож с остальными моими вещами. А до этого я… - нет, я не буду рассказывать ему, как я прятала нож, чтобы он не вредил народцу. – Я прятала его, - сказала я.

- Угу. Обещаешь не исчезнуть, пока я хожу за сумкой?

Я села у огня, удивляясь себе. Он ходил к своим товарищам, добрый народец не сорвал бы мне. Он приехал с ними. Почему тогда даже сейчас я хотела ему верить? Я хотела, чтобы объяснение расставило все по местам.

- Я буду здесь, - сказала я. – Хоть это и глупо.

* * *

Он готовил. Я смотрела. Если народец и смотрел из стен Ревущего камня, они точно думали: «А мы говорили». За долгое время мы с Флинтом только обменивались настороженными взглядами.

- Ты подумала, что я приведу людей, чтобы схватить тебя, - сказал Флинт, его кастрюлька кипела на огне. Он присматривал за ней, огонь озарял его изнуренное лицо. – Ты поверила в это.

- Как долго ты был здесь? – спросила я.

- Ты о том, что я услышал? Немного.

- Что именно?

- Тебе предложили убежище, но ты отказалась. И такой ответ я от тебя ожидал.

Я уставилась на него, а он смотрел на меня в свете огня, его глаза ничего не выражали.

- Твои друзья сомневаются во мне, - сказал он. – И ты тоже.

- Ты говоришь, что я ошибаюсь, - во мне закипал гнев, грозя пробиться сквозь мою маску. Его присутствие было катастрофой. Но почему было так приятно его видеть? – Ты не работаешь на короля. И заботился не потому, что хотел выдать меня ему в хорошем состоянии. И ты не обманывал меня в том, что ты мой друг. И не ходил говорить с Силовиками. И не привел их в Лес воронов.

Флинт смотрел на кастрюльку, пока высыпал половину содержимого в миску для меня. Еда была такой же, как та, что он приготовил в первую нашу встречу. Желудок сжался в тревоге. Еда была последним, о чем я думала.

- Правду так легко исказить, - сказал он.

Теперь я была так зла, что не следила за словами.

- Серьезно, Флинт! Силовики уничтожили мою семью! Они лишили меня дома и всего, что мне дорого! Я убегала от них с двенадцати лет.