Потом густая тень исполина накрыла нас и казалось, что прохладный ветерок тут же окреп, заметно снизив температуру воздуха. Да нет, он точно стал холоднее и дул определённо от ворот, куда мы направлялись. Женская часть экскурсии уже не торопилась, осторожно приближаясь к титаническим створкам, каждая — с девятиэтажку высотой. Даже не знаю, каким инструментом пришлось орудовать, если бы потребовалось открывать дверцу старого шарманщика.

Но этого и не потребовалось. Одна створка оказалась приоткрыта. Именно из-за неё дул тот самый ледяной ветер.

— Всё это — бессмысленно, — вдруг сказала Валя и стукнула кулаком по толстому металлу двери. — Никто даже не вспоминает, зачем мы здесь, почему носимся по проклятому лабиринту.

— Главное — спастись, — откликнулась Маруся.

— Ага. Точно. Знаешь на что всё это похоже? Напоминает, как мы запускали лабораторных крыс в испытательный полигон, — невесело хмыкнула Валентина. — Они тоже, наверное, так думали и поражались нагромождению непонятных препятствий.

— Мне кажется, нужно поискать другую дорогу, — пискнула Катя, оказавшаяся ближе остальных к открытым воротам. — У меня — дурное предчувствие.

— У меня, кстати, тоже, — неожиданно поддержала её Диана и её передёрнуло. — Словно оттуда смотрит какая-то хрень, которая собирается нас сожрать.

Я было хотел с ними согласиться: предчувствия в Бездне — совсем не та штука, которую стоит игнорировать, но не усел сказать ни слова. Как выяснилось, хрень, готовая нас сожрать, находилась совсем не впереди.

Сзади послышался оглушительный всплеск и обернувшись я увидел огромный фонтан воды. Кто-то большой упал в нашу заводь и теперь оживлённо барахтался в прозрачной жидкости. Череп и Лис, начавшие одеваться, замерли, рассматривая нового гостя. Потом Лис что-то сказал и его товарищ, успевший натянуть одни штаны, медленно двинулся к воде.

— Быстро за дверь, — сказал я, подталкивая Диану и Валентину. — И пофиг, что вы там ощущаете.

— А что? — спросила Катя, распахнув свои наивные глазёнки.

— А ничего, — появилось сильное желание отвесить ей хорошенького пинка. — Ничего нового — обычная жопа.

Водная поверхность казалась теперь гладкой. Словно стекло. Точно туда и не падало ничего. Может оно утонуло? Я лелеял эту мысль, хорошо понимая, насколько она маловероятна. Сейчас Череп подойдёт к самой кромке прибоя, а притаившаяся бяка выскочит и оторвёт ему лысую башку. Вон, с какой скоростью застёгивается Лис, тоже чует.

— Там снег, — сообщили из-за двери, — и очень холодно. Мы можем замёрзнуть.

Почему я не отпустил ей пинка? Ведь хотел же…

— В чём проблема? Сбегай за шубой, — посоветовал я, не спуская глаз с бойца, которому предстояло сделать последние шаги. — И за санками, заодно. А пока начинайте лепить снежную бабу.

— Здесь очень светло и подъём наверх. — Валя сообщила более ценную информацию.

Лис натянул истерзанный броник и припустил в нашу сторону. Череп что-то возмущённо заорал вслед товарищу.

Как такая огромная туша могла переместиться в прозрачной воде к самому берегу и при этом остаться незамеченной опытному солдату — ума не приложу. Но, чёрт побери, я же знал: так и произойдёт! Громадная чёрная хренотень выпрыгнула на берег и утробно урча нависла над бойцом. Тот отпрыгнул назад, едва не поскользнувшись на камнях и принял защитную стойку.

Мимо промчался Лис и не задерживаясь удрал в открытые ворота. Кого-то мне его поведение напоминало. Блин, да это же моя собственная тактика! Походу, чел должен выжить.

Тёмный гигант переступил с ноги на ногу и повернув голову посмотрел в нашу сторону.