Руперт вытаращил на него глаза.

– Бог мой! Есть ли хоть что-то, чего ты не знал бы? Кто тебе сказал?

– Сам мистер Мэнверс, – ответил герцог. – Я приехал в Эйвон вечером в тот день, когда вы… э… отбыли. Мистер Мэнверс явился возвратить себе свою собственность.

– Какова наглость, черт бы его побрал! – воскликнул Руперт. – Я поручил передать ему мои извинения и благодарность. Неужели мужлан считает, что мне нельзя доверить лошадь?!

– Насколько я мог судить, именно так, – сказал герцог. – А что ты с ней сделал?

– Ну, если сказать правду, я ее продал, – ответил Руперт, ухмыляясь.

Герцог откинулся на спинку кресла.

– В таком случае, боюсь, мистер Мэнверс потребует в уплату наши жизни, не меньше, – вздохнул он. – Прошу, не думай, будто я не одобряю твой поступок, но почему ты столь поспешно расстался с его гнедым?

– Ну-у… видишь ли, у меня не было денег, – сказал Руперт. – Про булавку я тогда не вспомнил. А к тому же что мне было делать с этой скотиной? Не везти же ее во Францию!

Герцог поглядел на него с легкой улыбкой.

– Ты отправился на этот подвиг без гроша в кармане?

– Нет, в кармане у меня была пара крон, – ответил Руперт.

– Каким бесконечно старым я чувствую себя рядом с тобой, – пожаловался герцог. Он улыбнулся Леони. – А что было с тобой, моя малютка?

– Ну, я дразнила Руперта, – весело объявила Леони. – Вот почему я так оделась. Чтобы разозлить его. И в лесу я от него убежала, а это свиное отродье был там.

– Погоди немного, малютка. Извини мое невежество, но я не знаю, кого ты подразумеваешь под… э… свиным отродьем.

– Да мерзкого же графа! – ответила Леони. – Он настоящее свиное отродье, монсеньор!

– Ах, так! Но не могу сказать, что одобряю твой выбор слов.

– А по-моему, для него это самое верное название, – возразила Леони твердо. – Он схватил меня, бросил в карету, а я его укусила до крови.

– Ты приводишь меня в ужас, дитя. Но продолжай.

– Я позвала Руперта как могла громче и лягнула свиное отродье…

– Графа де Сен-Вира.

– Ну да, свиное отродье. И лягала, лягала его по ногам. Ему это совсем не понравилось.

– Что, – заметил герцог, – меня не слишком удивляет.

– Ну да. Будь при мне мой кинжал, я бы убила его, потому что очень рассердилась. Очень-очень! Но кинжала у меня не было, и я могла только звать Руперта.

– Графу де Сен-Виру есть за что благодарить Бога, – прожурчал герцог. – Он так мало знает о вспыльчивости моей воспитанницы!

– Ну а вы, монсеньор, разве бы вы не рассердились?

– Очень, малютка. Но продолжай.

– Так остальное вы знаете, монсеньор! Он дал мне скверное питье – свиное пойло! И назвал его кофе!

– В таком случае и мы будем называть его кофе, дитя мое, молю тебя. «Свиное отродье» я согласен выносить, но «свиного пойла» не потерплю.

– Но оно таким было, монсеньор! Я выплеснула чашку на него, и он выругался.

Герцог смотрел на нее непроницаемым взглядом.

– У тебя, видимо, был приятный дорожный спутник, – заметил он.