Хэтти вдруг с полной ясностью осознала, что именно этого она и желала, именно к этому стремилась. Спрашивается, зачем тогда было поднимать шум из-за интимного ужина в его апартаментах?

Загорелые мускулистые руки легли на перила рядом с ее собственными. Хэтти застыла неподвижно, каждой своей клеточкой ощущая близость Марио, потом, собравшись с духом, медленно повернула голову и посмотрела в его суровое лицо.

– Марио, прости, я вела себя глупо. Наверное, я слишком серьезно отнеслась к шутке Джоан.

– К шутке?

– Джоан сказала, что я выгляжу...

– Восхитительно, – подсказал Марио, и что-то в его голосе навело Хэтти на мысль, что он если и не совсем ее простил, то, по крайней мере, уже не сердится.

– По правде говоря, она сказала, что я выгляжу аппетитно и что тебе захочется меня съесть.

– Ах вот как. – Марио кивнул. – И, когда я привел тебя сюда, ты решила, что Джоан была права.

– Я сама виновата, я дала тебе все основания предполагать, что не откажусь лечь с тобой в постель, – подавленно пробормотала Хэтти. – Не стану тебя обманывать, я действительно этого хочу, но только не так скоро.

– Не сейчас.

– Вот именно. Поэтому я расстроилась, разволновалась и ляпнула эту глупость насчет Байрона.

Марио взял ее за руку и серьезнейшим тоном изрек:

– Лорд Байрон повел себя непростительно, в отличие от него я сначала накормил бы тебя. – Глядя ей прямо в глаза, он добавил: – Ты очень привлекательная женщина, Харриетт, я и не предполагал, что ты до сих пор девственница. Почему ты решила мне об этом сказать?

Хэтти потупилась.

– Наверное, потому, что мне хочется, чтобы между нами не было никакой лжи, недомолвок... а про Байрона просто случайно вырвалось. Не знаю, может, я подумала, что в Италии от девушки даже моего возраста ожидают...

– Что она будет невинна, – закончил за нее Марио.

– Да. И после твоего рассказа об отношениях с Лючией я хотела, чтобы ты узнал это заранее, а не...

Хэтти снова умолкла, краснея от смущения.

– А не когда мы займемся любовью. – Голос Марио как будто стал ниже на несколько тонов, в нем послышались чувственные нотки.

Хэтти вздрогнула.

– Ты замерзла.

Она замотала головой.

– Нет, скорее наоборот. Я уже говорила, это ты на меня так действуешь. – Хэтти призывно посмотрела ему в глаза и вдруг попросила: – Марио, обними меня, пожалуйста.

– Тогда давай уйдем с балкона, мне кажется, что здесь на нас смотрит вся Флоренция.

В гостиной Марио выпустил ее руку, снял пиджак и замер. Его лицо оставалось непроницаемым, но Хэтти поняла, что он ждет, чтобы она сделала первый шаг. И она подошла к нему, протянула к нему руки. Непроницаемая маска спала с лица Марио, он улыбнулся так, что Хэтти почувствовала себя невесомой. Марио привлек ее к себе, и Хэтти доверчиво подняла лицо навстречу его губам. Поцелуй заставил их забыть об ужине, и вскоре оба изнывали от голода, не имеющего никакого отношения к еде. Но через некоторое время желудок Хэтти протестующе заурчал.

– Ты проголодалась!

– Да, теперь – да.

– Теперь? – Марио вопросительно вскинул брови.

– Пока ты на меня сердился, я не смогла бы проглотить ни кусочка.

Он схватил ее за плечи и слегка встряхнул.

– Но ты ведь тоже на меня рассердилась?

– Я уже попросила прощения.

– Чтобы залечить мою рану, нужно что-то посущественнее слов.

В ответ Хэтти молча обняла его за шею и припала к его губам с такой страстью, что в конце концов Марио сам отстранил ее от себя, тяжело дыша.