В ответ Хэтти молча обняла его за шею и припала к его губам с такой страстью, что в конце концов Марио сам отстранил ее от себя, тяжело дыша.

– Нам надо поесть, – пробормотал он. – Пока я по твоей милости не уподобился этому развратному поэту. Если откровенно, устроить ужин в своих апартаментах меня побудили слова, которые ты сказала в самолете. – И в ответ на удивленный взгляд Хэтти пояснил: – Ты сказала, что предпочитаешь, чтобы я целовал тебя без свидетелей. Поэтому вместо того, чтобы гордо демонстрировать тебя всем знакомым в ресторане, я решил привести тебя сюда. – Он посмотрел ей в глаза. – Но на большее, чем поцелуи, я не рассчитывал... Ну, может, еще на прикосновения, но не более того. Ты мне веришь?

– Конечно.

Марио чинно усадил ее за стол, но сам остался стоять.

– Ужин стоит в холодильнике. Для нашей первой совместной трапезы я выбрал блюда, которые могут ждать столько, сколько потребуется. Сегодня я сам буду официантом. – Марио вышел из комнаты и вернулся с подносом. Откупорил бутылку вина. В его глазах сверкнули насмешливые огоньки. – Надеюсь, сегодня мы наконец выпьем кьянти.

Хэтти радостно улыбнулась. Марио разлил вино и, сев за стол, посмотрел ей в глаза.

– За что будем пить?

– За правду – всегда и во всем!

Они чокнулись и выпили. Даже если бы у Хэтти совсем не было аппетита, она, наверное, не устояла при виде изысканного угощения. Но сейчас, когда первая ссора с Марио осталась позади и страх потерять его исчез, она вдруг поняла, что страшно проголодалась. Для начала Марио положил ей на тарелку зеленый салат с ветчиной, приправленный лимонным соком и пряными травами. Видя, как Хэтти уплетает угощение, Марио с удовлетворением заметил:

– Наконец-то я вижу, как ты ешь.

– На самом деле я ем даже больше, чем нужно. К сожалению, я не такая, как Бет или Салли.

– Что значит «не такая»? – не понял Марио. – В чем ты им завидуешь?

– Они могут есть сколько угодно и не поправляться. – Хэтти философски улыбнулась. – А я очень быстро округляюсь, если перестаю себя ограничивать.

– Округляешься... Какое приятное слово. Лично я предпочитаю женщин, у которых в соответствующих местах есть все положенные округлости, например, как у тебя, любовь моя.

«Любовь моя». Хотя Хэтти и понимала, что не стоит придавать словам слишком большого значения, от нежного обращения ее захлестнула радость. Она с удвоенным аппетитом принялась за главное блюдо – филе лосося под майонезом с каперсами. Нежная рыба буквально таяла во рту.

Когда с едой было покончено, Хэтти встала и принялась убирать со стола, объяснив попытавшемуся остановить ее Марио:

– Должна же я как-то искупить свою вину. Я чуть было не испортила нам обоим вечер.

– Не надо об этом, прошу тебя. – Помолчав, Марио вдруг нахмурился и спросил: – Скажи, Харриетт, ты действительно подумала, что я намерен овладеть твоим телом в оплату за билет на самолет и медицинскую помощь для Джоан?

Хэтти отчаянно замотала головой.

– Нет, что ты! У меня такого и в мыслях не было! Но когда ты привел меня сюда и я увидела ужин на двоих... – Она пожала плечами и грустно подытожила: – Я испугалась, что история повторяется.

Марио прищурился.

– Что за история, Харриетт?

– Ты уверен, что хочешь ее услышать? Видит Бог, история моей личной жизни не слишком длинная, но очень, очень скучная.

– Только не для меня, – возразил Марио. – То, что касается тебя, не может быть скучным. Расскажи мне все, начни с самого первого мужчины в твоей жизни.