– Передам, – сказал он.

Оставив нам вьючного мула, он двинулся в путь.

– На горе сторожевые посты, – пояснил мне Тоби, отвязывая одеяло. – Нам придется долго ждать, пока Ансельмо доберется до них, потом до Дельгадо, переговорит с ним и вернется за нами. Давайте отдыхать.

Он разложил наши одеяла на бережку ручья, и мы оба с удовольствием улеглись, причем на живот, но шляп не сняли, чтобы солнце не напекло нам головы. Я легла щекой на руку и посмотрела на Тоби.

– Я старалась держать лицо в тени, но оно все равно горит. Тоби, я очень плохо выгляжу?

Его-то лицо было продублено за много лет работы на кораблях, и все равно оно немножко горело.

– Если честно, то, бывало, вы выглядели получше, юная Маклиод, – подтвердил он. – Боюсь, не имеет смысла отрицать, что лицо у вас красное, потное, да и грязноватое. Но вы меня удивляете. В первый раз я слышу, что вы беспокоитесь насчет своей внешности, которая может не понравиться мужчине. Чертовски забавно, ведь здесь это меньше всего имеет значение.

– Может иметь. Может быть, для меня важно не выглядеть... как бы это сказать, слишком непривлекательной для Рамона Дельгадо.

Тоби не сразу мне ответил.

– Ах да. – Его зеленые глаза погрустнели. – Я вас понял.

Я встала и пошла к нашим мулам, чтобы достать из своего багажа туалетный набор.

– Я вымоюсь в ручье. Крикните, если увидите Ансельмо.

Я сняла бриджи и рубашку и добрых десять минут плескалась в воде, смывая с себя дорожную пыль, предварительно выбив ее из одежды. Потом я еще минут десять просидела на берегу, подсушивая ссадины на солнышке и расчесывая волосы.

Одевшись, я вернулась к Тоби.

– Теперь хоть грязи на мне нет, а волосы все равно я не сумела расчесать как надо.

Тоби сел на одеяле и протянул руку.

– Давайте расческу.

Почти полчаса он расчесывал мне волосы, пока они не стали опять мягкими и шелковистыми.

– Ну, вот они и заблестели, – объявил он. – Ханна, заплетите две косы, так вам больше идет.

Прошло еще не меньше полутора часов до возвращения Ансельмо, и от того, что я ждала и мне нечего было делать, меня охватил страх. Все время от Веракруза до Оахаки я была занята, и у меня не было времени подумать, так же как в последние три дня, когда мне пришлось преодолеть множество трудностей. Зато теперь мне вдруг показалось безумием то, что я в дикой Мексике и готова отдать себя в руки вооруженных людей, восставших против правительства.

Это я-то со своим знанием мужчин поверила, что Рамон Дельгадо собирался исполнить обещание. Да даже если тогда он собирался, теперь, через два года, он наверняка и думать о нем забыл. Любая девчонка в Колледже для юных девиц знала, что постельные откровения не имеют ничего общего с реальной жизнью. Мало того, что я себя поставила под удар, так я еще потащила за собой Тоби Кента.

И все же... И все же... Сколько я ни думала об этом, я не видела для себя другого выхода. Набрав в грудь побольше воздуха, я уже хотела сказать Тоби, что не должна была подвергать опасности его жизнь, но увидела, что он спит. Сама я заснуть не могла, поэтому села так, чтобы моя тень падала ему на голову, и принялась мокрым полотенцем отгонять от него мух.

Не знаю, сколько еще прошло времени, но в конце концов вдалеке появился Ансельмо с еще двумя мужчинами. Я разбудила Тоби, и мы свернули наши одеяла. Подъехав, Ансельмо объявил:

– Дельгадо хочет тебя видеть.

Вот тут мне стало и страшно, и легко одновременно.

Стараясь сохранять спокойствие, я подумала, что лучше ехать верхом, да и Тоби уже взгромоздился на своего мула. Обоим мужчинам, приехавшим с Ансельмо, одинаково бедно одетым и небритым, было лет по тридцать с небольшим.