К Берчу подошла приветливая женщина средних лет.

— Здесь купаются дети с различными отклонениями. Ваш тоже там?

— Нет. Это у меня отклонения.

— Простите?

— У меня такая работа, что я не доверяю даже собственным детям.

— Она уже смотрит телевизор, — радостно объявила сиделка, расположившаяся у кухонного стола со спицами.

Флер лежала в комнате на кровати и смотрела какой-то фильм.

— Как самочувствие? — спросил ее Назарио.

Она даже не повернула голову в его сторону.

— Что смотришь?

Взглянув на экран, Назарио остолбенел. Девушка смотрела жесткое порно.

— Эй, откуда это здесь? — изумленно спросил он.

— Сегодня днем принесли, — каким-то бесцветным голосом ответила она.

— Dios mio!

Еще раз взглянув на экран, Назарио заметил на ноге порнозвезды знакомую татуировку в виде полумесяца.

— Это ты?

Она кивнула, прикусив нижнюю губу.

Назарио вздохнул.

— Чего он хочет?

— Пятьдесят тысяч долларов, — медленно произнесла она.

— А кто он?

— Я… Мы учились в одной школе. Я так обрадовалась, когда увидела его на вечеринке. Все-таки знакомое лицо.

Сложив руки на груди, Назарио какое-то время смотрел на экран.

— Ты была без сознания, Флер. Посмотри. Ты же полностью отключилась. Ese hijo de puta. Вот сукин сын. Это же просто изнасилование.

— Я ничего не помню, — вяло сказала она. — Я поняла, что что-то случилось, потому что на мне не было нижнего белья… только платье… платье Шелли.

— Чем он угрожает?

— Отослать это моему отцу и выложить в Интернете.

— Мы сообщим о нем в отдел преступлений на сексуальной почве. Этот подонок загремит в тюрьму. И надолго. У них там есть следователь по особо важным делам…

— Нет, не надо! — отчаянно закричала она, натягивая простыню на голову. — Я не хочу.

В ее голосе звучала такая боль, что Назарио не стал продолжать.

— Это не твоя вина, — сказал он, погладив ее по плечу.

— Я хочу с этим покончить.

— А у тебя есть деньги?

— Нет. С таким же успехом он мог бы потребовать пятьдесят миллионов. Он думает, что раз у меня богатый папаша, я прямо купаюсь в деньгах. Он не верит, что у меня ничего нет.

— Ты с ним говорила?

— Вместе с пленкой он прислал номер телефона.

— Адрес тоже?

— Да. Его квартиры. Он велел принести деньги туда.

— Я всего лишь полицейский, — вздохнул Назарио. — Таких денег у меня нет.

— Я знаю. А ты можешь с ним поговорить?

— Как его зовут?

— Ларри Малек. Живет на Уэст-авеню. Пит, я просто не переживу, если мой отец…

Назарио остановил пленку.

— Отдыхай, mi amor, и ни о чем не беспокойся. Мы что-нибудь придумаем.

— Только не говори никому, Пит. Обещаешь?

— Обещаю.

* * *

Ларри Малек жил в трехэтажном доме с дешевыми квартирами. Назарио поднялся к нему на третий этаж.

— Меня прислала Флер, — сказал он в глазок.

— Мне не нужны неприятности, — заявил Малек, открывая дверь. — Это просто бизнес.