– Ну, – произнес я. – И че это, блин, за спектакль?

– Сядь.

Я демонстративно проигнорировал Чарли, – но Джеймс, естественно, поступил как велено. Когда он вытаскивал из сумки свой дневник сновидений, руки его дрожали.

– Итак, что всем нам снилось? – вопросил Чарли.

– Вообще-то я спросил тебя, что за дела.

Он терпеливо улыбнулся.

– Джеймс?

Тот нервно посмотрел на меня.

– Я хочу, чтобы Пол рассказал первым.

Чарли покачал головой.

– Нет.

– Я не хочу рассказывать, что мне снилось.

– Что ж, тогда я это сделаю.

Чарли протянул руку за дневником Джеймса – жестом, полным уверенности в том, что никто не посмеет ему перечить.

– Ты не обязан, – сказал я Джеймсу.

Но Чарли продолжал протягивать руку, и я увидел, как Джеймс послушно повинуется. Да, он не хотел, чтобы его запись зачитывали, но Чарли заимел над ним такую власть, что Джеймс был просто не в силах ему отказать.

Чарли открыл дневник Джеймса.

– «Мне снилось, что я комнате «С5-б», – начал зачитывать он. – Чарли и Билли тоже там были, без Пола. Воздух был какой-то странный и жидкий – как будто плаваешь в воде. Потом я подошел к двери, выглянул в окошко сбоку от нее и увидел, что Пол стоит там, с обратной стороны».

Джеймс стрельнул в меня взглядом и тут же быстро отвернулся.

– «Мне не было его видно как следует, – продолжал Чарли. – Его лицо было искажено, и вроде было похоже, что он присутствует в этом сновидении как-то не полностью. Вид у него был испуганный. Я попытался заговорить с ним, но не думаю, что ему были слышны мои слова. А потом он куда-то пропал».

Теперь Джеймс окончательно уставился в пол, совершенно неспособный встретиться со мной взглядом. Я просто не мог поверить тому, что только что услышал. Его сон почти полностью соответствовал моему собственному, и даже принимая во внимание инкубацию, они никак не могли закончиться столь сходным образом. В голову мне могло прийти только одно объяснение.

Он сделал эту запись в дневнике после разговора со мной в автобусе.

«Я хочу, чтобы Пол рассказал первым».

Поскольку, зачитав ее после моей – когда бы выяснилось, что они практически идентичны, – Джеймс произвел бы впечатление на Чарли и доказал его правоту, пусть даже и знал бы в глубине души, что все это вранье и фантазии.

«Господи», – подумал я.

После всего, что у нас с ним было за прошедшие годы – когда я всегда горой стоял за него и всячески опекал, – теперь Джеймс докатился до того, что был готов использовать меня, только чтобы подтвердить весь этот бред, придуманный Чарли.

– Полная чушь, – сказал я.

Чарли оторвался от чтения.

– Что?

– Я сказал, что это полная чушь.

– Почему? – Он перевел взгляд с меня на дневник и обратно, изображая растерянность. – Это то, что записал Джеймс. Ты вообще о чем?

На миг я был слишком зол – слишком обижен, чтобы ответить. Обвел всю троицу взглядом. Посмотрел на Чарли, ждущего моего ответа. На Билли, сидевшего с совершенно безразличным видом. И на Джеймса, который все еще глядел в пол, явно настолько пристыженный, что я просто не мог подобрать слов.

«Я собираюсь сказать, что мой лучший друг – врун и обманщик».

– Пол? – произнес Чарли.

– Просто дочитай, что там приснилось Джеймсу.

Но вместо этого Чарли положил дневник на стол.