— Да. — А что еще оставалось ему ответить? Доктор, не прощаясь, повесил трубку.

Последовали гудки, отдавшиеся эхом в его голове.

Итак, доктор Коллинз тоже с негодованием отверг версию о романе его матери с другим мужчиной. Делать нечего. Есть еще один человек, которому он давно собирается задать тот же самый вопрос. Вилма Крамп. Сэм решил не откладывать дело в долгий ящик. Нужно действовать.

Он снова достал мобильный телефон и набрал номер Крампов. Вилма оказалась дома, зато ее мужа не было. Это вполне устраивало Сэма. Он договорился, что минут через пятнадцать приедет к ней.

— Молодец, что зашел, — тепло приветствовала его Вилма.

Сэм смущенно кивнул и вошел в дом. Вилма была изящной женщиной небольшого роста, волосы уложены в пучок, на лице добродушная улыбка. Они с мужем были ровесниками, но выглядела она намного моложе.

— Надеюсь, ты не против. — Сэм принялся отряхивать снег с ботинок.

— Ты же знаешь, что нет. Больше того, я поставила кофе. А с утра испекла твои любимые пирожные, будто знала, что ты приедешь. Хочешь?

Разве он мог отказаться? Рецепт этих пирожных дала Вилме его мать, получались они у нее замечательно, и Синди была от них в восторге. Сэму они тоже нравились, но он начал подозревать, что Вилма печет их специально к их приходу.

Усадив его на кухне, она поставила перед ним кофейную чашку, водрузила дымящийся кофейник и села неподалеку.

— Тебе налить? — спросил он, пока Вилма доставала пирожные.

— Будь любезен.

Уютно расположившись за столом, они сделали по глотку кофе, и Вилма сказала:

— Думаю, не ошибусь, если скажу, что ты решил зайти не просто так. Что у тебя на уме?

С Крампами всегда так! Их не проведешь, сразу поймут что к чему. Зато и не надо ходить вокруг да около.

Сэм достал письмо матери и дал его Вилме.

— Джек, думаю, уже рассказал тебе в чем дело.

Вилма молча открыла конверт, осторожно извлекла листики и медленно прочитала их. Затем так же осторожно сложила их и положила обратно. Но при этом ни разу не посмотрела на Сэма. Он все понял.

— Ты знала! — Его удивлению не было предела.

— Да, — просто ответила она. — Знала.

Но, похоже, не собиралась и не собирается об этом распространяться.

— Я так и знал, просто был уверен, что Кен Оскальски непричастен к убийству!

Вилма кивнула.

— И этот мерзавец, который снюхался с моей матерью, до сих пор жив. Сидит сейчас и думает, что ему сошло с рук это убийство. Еще бы! Столько лет прошло.

Вилма отвела взгляд. В ее глазах появились слезы.

— Вилма, неужели тебе не хочется, чтобы этот человек понес заслуженное наказание? Он же совершил убийство и должен ответить за него! Подумай! Моя мать была твоей лучшей подругой.

— О, Сэм!

Он едва сдерживался.

— Значит, эта интрижка никакая не ложь?

Глаза Вилмы блестели от слез и боли.

— Если хочешь, называй это интрижкой. Не знаю… Я видела их вместе только один раз. Как-то пришла к ней без предупреждения, случайно взглянула в окно и увидела, что она обнимается с другим мужчиной. Я даже разглядеть его как следует не успела: она меня заметила. Я бросилась бежать…

Пока что негусто.

— И все?

— Маргарет догнала меня и взяла с меня слово, что я никому не скажу. — Было видно, что разговор причиняет Вилме огромную боль. — В первую очередь, твоему отцу.

— И ты не стала ее ни о чем расспрашивать?

— Нет.