Нур Мохаммад Тараки, обратился к Советскому правительству и генеральному секретарю КПСС товарищу Агурееву, с просьбой помочь Афганистану в этот трудный период.

На закрытом совместном заседании Партии, президиума Верховного Совета и Правительства, обращение президента Тараки было обсуждено, и почти единогласно принято решение об оказании гуманитарной помощи братской стране. В Афганистан поставят продовольствие, топливо и другие материалы, в счёт товарного правительственного кредита, предоставленного на льготных условиях.

Что попросить от Генерального Никита знал, но, пока не время. А хотел он вполне официально зарегистрированный ствол, чтобы не бросаться каждый раз в рукопашную. Но это — минимум с восемнадцати лет, как и владение автотранспортом. А пока, он учился создавать в воздухе глифы и сигилы, наполнять их крохами энергии, и с восхищением смотрел, как в воздухе появляется светящийся шарик или с пальца бьёт короткая молния.

Да. Пока всё выглядело достаточно бледно, но даже такая магия уже виделась огромным прорывом. А в учебнике описывались куда более эффективные узоры. Тот же «шарик света» мог превратиться в «шарик огня», и просто в «шар огня», или в «шар плазмы». На четвёртом уровне, учебник заканчивался, но судя по всему продолжение следовало.

Смена в Артеке начиналась с шестого июня, и Никита в сопровождении сестры, одетый в тонкие льняные брюки, кроссовки, рубаху и тонкий летний пиджак, с небольшим чемоданом в руках, стоял у Московского Дворца Пионеров на Воробьёвых горах, где собирали будущих артековцев, съезжавшихся со всей страны.

Но из Москвы ехали не все. Часть добиралась самостоятельно, а часть собирали на вокзале в Симферополе.

Никита отправил Варю и быстро нашёл свой отряд лагеря Лазурный. Там уже суетилось около полусотни пионеров и десяток вожатых, среди которых Никита увидел, как минимум трёх офицеров «девятки» знакомых ему лично по занятиям в академии Штурмина.

Ещё трёх он уверенно определил, как сотрудников органов, а остальные находились под вопросом. Но от партконтроля запросто можно ожидать заполнения ста процентов вожатских должностей офицерами КГБ. В конце концов какими только путями не попадали люди в госбезопасность, в том числе и после комсомольской и вожатской работы.

Никита подошёл к столу, вынесенному из здания Дворца Пионеров, и положил перед девушкой конверт с артековской путёвкой.

— Даже не вскрывал. — Удивилась девчонка, разрывая пальцами бумагу и доставая путёвку. — Да, всё правильно. Наш отряд. Наши, вон, кучкуются. Можешь пойти познакомится. А чемодан пока с собой. С вещами поедем.

Никита отошёл к группе мальчишек и девчонок, клубящихся вокруг стойки с афишами.

— Всем привет.

Сразу много парней и девчонок подошли, оценить новичка.

— Меня зовут Айгуль стройная тонкая девушка с распущенными чёрными волосами очень мило улыбнулась, показав на персиковых щёчках очаровательные ямочки.

— А меня Никита. — Он поклонился.

— Ты олимпиадник? — Спросила белокурая высокая девочка, в белой рубашке и светло-синей юбке.

— Не, я так, случайно проскочил. — Никита улыбнулся. Участвовал в большой работе, и она какую-то там премию взяла. Вот нас от обкома комсомола и отправили. Девчонок в следующую смену, а меня вот в эту.

— А что за значок? — Самая маленькая по росту, показала пальцем на орденскую планку на пиджаке.

— За хорошее поведение. — Никита пожал плечами.

— Это не значок. — Парень почти габаритов Никиты шагнул ближе наклонив голову словно бычок.