А если этого нет? Например, главарь — умный человек, не болтает, не называет вещи своими именами, наркоту не употребляет и вообще не притрагивается к ней. Говорить на допросе, что он всеми руководил, бандиты побаиваются, им ещё в тюрьме сидеть, а там опасно.

Прокуратура направить уголовное дело в суд с мутными доказательствами не разрешит, опасаясь проблем в суде (на это мы с Викой и сыграли в ситуации с Левшиным).

Как же решается эта, на первый взгляд, неразрешимая проблема? Очень просто Подкидыванием наркотики. Когда их засовывают в карман не посторонним людям, а действительно причастным к сбыту, и собственная безопасность, и прокуратура смотрит на это совсем сквозь пальцы. Все понимают — это лишь затем, чтобы формально доказать то, что всем известно.

Но что нужно, чтобы подложить наркотики? Правильно, они и нужны. Если у тебя их нет, ничего не получится (очень логично). Поэтому опытные опера для таких случаев делают их запас, который где-то хранят. Не дома, потому что это слишком опасно. Обычно где-нибудь в лесу (хотя там неудобно). Идеальный вариант — в чьём-нибудь гараже.

Так-так-так, потёр ладошки я. Вот и появился способ дать Смирнову то, что он заслужил — отправить в далёкие холодные края лет на пятнадцать-двадцать, а то и насовсем. Надо всего лишь отыскать этот гараж и поймать там Игоря, когда он будет запасаться героином. Легче сказать, чем сделать.

Я хотел сразу позвонить Андрею, но потом передумал. Впутывать в это дело полицию вариант не очень. Он должен будет доложить об этом начальнику, тот — вышестоящему начальнику, потом надо будет писать план оперативных мероприятий… короче, пойдет сплошная бюрократия. К тому же, формальные действия против Смирнова неэффективны. Он их видит за километр.

Первое, что сделает полиция — пойдёт смотреть документы. Кому принадлежат гаражи, и кто их арендует. А затем — видеокамеры. Так положено! Сам не захочешь — руководство заставит.

Но на следующий день весь гаражный кооператив об этом узнает. А учитывая то, что Смирнов наверняка на всякий случай ещё и подружился со сторожами, он узнает об этом ещё быстрее.

Поэтому придется работать самому. Сначала надо туда просто съездить. Провести осмотр местности.

Так я и сделал — запрыгнул в автомобиль и помчался в те далёкие края.

А они действительно оказались далёкими и дикими. Промзона, в которой находился мясокомбинат с гомункулами куда ближе к цивилизации, чем эта местность. Прям какой-то постапокалипсис. Даже не верится, что это в Москве.

Заброшенные здания, незаконченные стройки, поломанные заборы, засохшие деревья. Фонарные столбы есть, но фонарей на них нет. Какой тут, к дьяволу, гаражный кооператив?

Однако он здесь был, и довольно большой. Гаражи в приличных местах не всем москвичам по карману, вот они и ставят машины здесь, чёрт знает где от дома. Вход закрывается решетчатыми воротами, помимо этого, есть шлагбаум. Сторожка большая, с печной трубой из потолка — охрана, значит, дровами в зимнее время обогревается. А ещё бегают собаки.

Собаки — большая проблема. На своих они не лают, а на непрошенных гостей — очень даже. Попасть на территорию через забор мне будет сложно. Для проверки этого я подошёл ближе к шлагбауму, и из-за него послышался лай и рычание. Печально.

Поэтому я решил обойти кооператив кругом. Большого смысла в этом не было, но я люблю всё делать обстоятельно (когда есть возможность, потому что обычно её нет). Вдруг появится какая-то полезная информация.

Думал, справлюсь за полчаса, но какое там! Кооператив оказался громадным. Дорога была пыльной, грязной, в ямах, колдобинах, то и дело приходилось прыгать.

— Хорошо, хоть нариков пока не встретил, — вслух сказал я, но едва успел договорить, как они появились.

Два оборванных туземца. Один высокий, под два метра, и худой, второй пониже, но и потолще.