— Нет? Тогда, как поедешь домой, тебя сопроводит пара людей. Зайдут к тебе в квартиру, посмотрят. И если найдут…

— Пожалуйста, не надо, — снова взмолился Митя. — Я всё понял…

— Я очень не люблю тех, кто меня обманывает. Обманывать нехорошо, а уж меня — тем более. Выбрось всё, даже самое важное. Понял?

— Да-да, конечно… Всё сделаю, как вы сказали… Проверю всё…

— Молодец, — хмыкнул Михаил Семёнович. — Только не упади в яму. Он тебя разорвеё, не успеешь глазом моргнуть. Или успеешь, хахаха.

— Я з-знаю, — кивнул Митя.

— Занимайся, — сказал Михаил Семёнович и пошёл мимо ямы, но, не пройдя и десятка шагов, вернулся.

— Если подведёшь, то из уважения к твоим заслугам, мы тебя пытать не будем. Просто сбросим в яму к такому существу.

Михаил Семёнович подошёл к краю ямы. Существо, похожее на гомункула, только гораздо больше, сложением напоминающее гигантскую доисторическую обезьяну, подпрыгнуло, взмахнуло лапой и с совсем чуть-чуть не дотянулось до ног Михаила, но тот даже не вздрогнул.

— Ух, какой красавец. Это бомж, которого приволокли с вокзала в Рязани?

— Да, он самый. Мутации пошли очень успешно, я даже не ожидал. Тут многое зависит от особенностей организма.

— А как понять, из кого что-то получится, из кого — нет? В начале у нас пойманные дохли как мухи после первого часа капельницы, а сейчас… вон как!

— Стараюсь, Михаил Семёнович… — скромно потупил взгляд Митя. — Я тщательно веду наблюдения. Совершенствую методы.

— Когда мы сможем делать их сотни? Тысячи?

— Скоро… но сначала надо довести методы до ума… С некоторыми всё хорошо сразу, как с этим, или со сторожем с мясокомбината, а другие… приходится стоять над ними и следить. Для конвейера такое не подойдет.

— А приказов они слушаются?

— Когда на них включенные шлем или ошейник — вполне… Ну или укол если сделать… А без этого пока никак… Но укол держит уже несколько часов, да и без шлема уже долго они делают всё, что им говорят… Всё будет хорошо! У нас всё получится!

— Молодец! Оптимизм — дело хорошее.

И Михаил Семёнович ушел, на этот раз окончательно.

* * *

Не знаю, почему, однако ночью опять приходили призраки. Какие-то люди в серых плащах с капюшонами стояли в комнате и смотрели на меня. Лиц я разглядеть не смог.

— Кто вы? — прошептал я. Они не ответили и через некоторое время исчезли.

Очень странно. Когда я сплю не один, призраки обычно обходят меня стороной, если только я не стал участником каких-то жутких событий. Неужели драка в ресторане произвела на меня такое впечатление? Не похоже. Выяснять отношения на кулаках мне приходилось часто, и относился я к этому, как к издержкам своей профессии, не более того. Отрезанная голова гомункула? Не смешите меня. После нападения живого не мне бояться его высохшей черепушки. И не ползающей в аквариуме амёбы-переростка!

Полежав с полчаса в мрачных размышлениях, я всё-таки закрыл глаза и отключился. А потом до самого утра не видел никаких снов.

Проснулся часов в девять. Для меня это очень поздно, обычно вскакиваю гораздо раньше. Снежана встала первой, потом разбудила меня. Пробуждение оказалось очень приятным — я спал на животе, она села на кровать рядом и начала делать массаж. Сначала легкий, потом начала щипать меня посильнее и даже царапать ногтями. От этого проснулся окончательно. Как тут не проснуться!

— Пойдём Пошли завтракать, соня, — сказала девушка. — А то все остынет.

— Сейчас! — потянулся я. — Ты, продолжай, пожалуйста.

Снежана сбросила с меня одеяло и продолжила массаж ниже спины — перешла на мою филейную часть, на бедра и голени.