— Факты — упрямая вещь, Боря. И они сами за себя говорят. При обыске мы нашли у нее ампулы с тем самым препаратом, которым усыпили Лешу.

— У меня в голове не укладывается! Как это могло произойти?

— Как выяснилось, Маша давно любила Лешу. Но безответно. И в день его свадьбы она не выдержала и решилась на преступление, — стал развивать свою версию следователь.

— Маша отравила его, чтобы сорвать свадьбу? — Самойлов все-таки неплохо знал Машу и никак не мог в это поверить.

— А что ты удивляешься? На самом деле это типичный случай. Тем более что она — фармацевт, имела доступ к лекарствам. Дальше — дело техники.

— Но подожди! А почему же она сейчас так старательно за ним ухаживает?… — спросил Самойлов.

— Это тоже вполне объяснимо. Она пытается загладить свою вину, облегчить Леше страдания. Поэтому и устроилась к вам сиделкой. — У следователя всему было логичное объяснение.

Самойлов был более чем доволен:

— Гриша, я поражен. Я знал, что ты профессионал высокого уровня. Но такое мне даже в голову прийти не могло!

— В общем, нужно передавать дело в суд, — подвел итог следователь.

— Слава Богу! Ты не поверишь, но я боялся, что ты до сих пор подозреваешь Костю.

— Прости. Я ведь не Господь Бог и тоже имею право на ошибку… — заметил следователь.

— Я тебе очень благодарен, Гриша. Прости, что сорвался. Знаешь, со всеми этими событиями нервы стали просто ни к черту! — пожаловался Самойлов.

— Это ты меня извини, что я подозревал Костю. Это было моей ошибкой, — сказал следователь.

— Да о чем ты говоришь! Ты делал свою работу. Я рад, что все наконец разъяснилось!

— Я тоже, Боря. А теперь я пришел, чтобы поговорить об этом деле с Алешей.

— Всегда пожалуйста. Но зачем? Что ты хочешь узнать?

— Очевидно, ему придется выступать на суде в качестве потерпевшего. Надеюсь, он себя уже хорошо чувствует? — поинтересовался следователь.

— Да, конечно. Маша… — Самойлов вспомнил, как много Маша сделала для Алексея, но тут же отогнал все эти мысли. — В общем, он уже даже начал ходить.

В это время в кабинет зашел Костя. Он, конечно, хотел быть в курсе событий, ведь от этого зависела его судьба.

— Здравствуйте, Григорий Тимофеевич. Насколько я понимаю, вы говорите о Леше? — спросил он с порога.

— Да. Как раз собираюсь зайти к нему, поговорить, — ответил следователь.

— Надеюсь, речь пойдет не о Маше? Вы не собираетесь сказать ему, что она арестована?

— Собираюсь. Ведь она покушалась на его жизнь. Это не входило в Костины планы. Уж он-то понимал, как Алеша будет защищать Машу.

— Понимаете… Мы с мамой скрыли от Лешки правду о Маше. Мы решили сказать ему, что она уехала. Ну, по личным делам… со своим женихом, — объяснил Костя.

— Но зачем?! — удивился Самойлов.

— Понимаете, в последнее время они постоянно были вместе. Леша доверял ей. Ему будет очень тяжело узнать, что она покушалась на его жизнь.

— Но он все равно узнает, — заметил следователь.

— А вы не говорите ему этого, — просто попросил Костя.

— А как же?.. Если он не будет этого знать… как же он сможет давать показания в суде? — Следователь недоумевал.

— А он не придет на суд. Он еще очень болен, — сказал Костя.