Римма разочарованно смотрела на Леву:

— Значит, не покажешь…

— Пока — нет. Но он вот такой. — И он показал на пальцах — с ноготь величиной.

— Красивый. А сколько карат„даже посчитать затрудняюсь! — с язвительной усмешкой сказала Римма.

Лева продолжал:

— Вот если бы знать точнее, где они все лежат… Мы были бы сказочно богаты.

— Если бы знать… А там, ну возле дома, только один был? Ты внимательно посмотрел?

Лева кивнул с видом знатока:

— Конечно. Я даже сначала решил, что их где-нибудь закопали. Все проверил, осмотрел… Ничего. Видимо, этот камушек выпад случайно, когда бриллианты несли в дом.

— Или выносили, — мрачно добавила Римма.

— Надо верить в лучшее, — ободрил Лева. — В то, что бриллианты все еще в доме. А что говорит Маша?

Римма покачала головой:

— Она ничего не знает.

— А я уверен, что знает! — заявил Лева. — Ты ничего не смогла у нее выведать?

— Единственное, что я могла узнать, это то? что в доме, помимо Маши и ее бабушки, живет некий Сан Саныч, он сейчас в больнице. Маша за него очень переживает, — стала рассказывать Римма.

Лева язвительно усмехнулся:

— Очень ценная информация! Римма резко прервала его:

— Ценная! Она думает об этом Сан Саныче именно в тот момент, когда я ее прошу думать о бриллиантах!

Лева с удивлением смотрел на Римму. Неожиданно его осенила догадка:

— То есть…

Римма тут же кивнула:

— Он связан с бриллиантами.

Лева улыбнулся и откинулся на спинку стула. Вид у него был очень довольный.

— Ты говоришь, он в больнице? Значит, надо наведаться в дом, когда эта Зинаида уйдет.

И он начал обдумывать план дальнейших действий.

— Очень вкусно! Никогда в жизни не ел ничего подобного! — с удовольствием причмокнул Алеша.

Катя зарделась:

— Перестань, Леша. Обычный омлет. Твоя мама готовит точно такой же.

— Нет. Мама сыром не посыпает. Ты мне всегда теперь так делай, — попросил Леша, доедая остатки омлета и блаженно жмурясь.

Катя засмеялась:

— С удовольствием. Это будет мой фирменный завтрак.

— Можно и обед, и ужин тоже, — подхватил Леша. В кухню мрачный, как грозовая туча, вошел Костя. Остановившись в дверях, он преувеличенно бодро стал напевать:

— Сердце красавицы склонно к измене и к перемене, как ветер мая…

Катя повернулась и смерила его недовольным взглядом. Костя игнорировал ее взгляд. Леша попытался смягчить ситуацию.

— Привет, Костя, — поднялся он навстречу брату.

— Привет. У вас тут витают такие ароматы, что просто слюнки текут! — продолжал бодриться Костя и снова запел: — И я на запах… Спешу на мягких лапах… А мне дадите отведать это божественное блюдо?

Костя сел за стол.

— Конечно! Катя, там еще осталось? — спросил Леша.

Но Катя сухо отказала:

— Нет, Костя. Мы на тебя не рассчитывали. И она начала убирать со стола посуду. Костя с притворной печалью протянул:

— Ах да! Понимаю… Меня тут уже в расчет не берут. Я тут уже для всех пустое место.

— Костя, ты не так понял… — Леша не хотел конфликта.

Я все понял правильно, братишка. Ты здорово устроился, поздравляю! Невеста вернулась, еду готовит, постель греет… Все в шоколаде! Один я в дерьме… — со злым прищуром смотрел Костя на Катю.