– Как бы там ни было, но на его карьере уже поставлен крест. Хотя мне его искренне жаль. – Дипломат нахмурился и забарабанил пальцами по столешнице.

– Что же тогда делать с информацией о российском конвое, которую вставляют в каждый выпуск новостей? О ней-то на совещании забыли.

– Рекламу надо прекратить, – дипломат бросил взгляд на циферблат позолоченных часов, – кстати, будет лучше это сделать прямо сейчас.

Набрав номер, дипломат поднес миниатюрный мобильник к уху. Оставалось только гадать, с кем связался высокопоставленный чиновник, но в одном можно было не сомневаться: все новости на государственных телеканалах сегодня выйдут без сюжета о российской гуманитарной миссии.

Закончив разговор, дипломат удовлетворенно причмокнул и отхлебнул из чашки коньячно-кофейного напитка.

– На похитителей выйти удалось?

Генерал покачал головой.

– Пока нет, но над этим работают.

– Поторопиться надо. А то нам не с кем переговоры вести. А вот заявление о том, что Россия будет бороться за свободу и жизни своих граждан в любой точке земного шара всеми доступными ей средствами… Это уже сигнал твоему ведомству, это по твоей части, – произнес дипломат, – сочувствую. Ощущается, что и его тот же политтехнолог состряпал. А наших сил и средств в той части мира, считай, и нет.

– Удастся освободить, хорошо. Нет – обнаружим потом их базу и раздеребаним по согласованию с «коалицией» ракетами, – подытожил генерал.

Мужчины вышли из кафе. Черный лимузин сверкнул стопниками. Водитель вырулил от бордюра. На Москву опускались сумерки. А дождь все барабанил и барабанил по мокрому черному асфальту.

* * *

Приставив ладонь козырьком, лейтенант Дуглас прищурился и вгляделся в прозрачное небо – там появилась черная точка, она все увеличивалась в размерах и наконец приобрела очертания вертолета. Британский двухвинтовой «Чинук» приближался, вот уже можно было различить самого пилота, сверкающего на солнце зеркальными очками.

Окрашенный в зелено-коричневые маскировочные пятна «Чинук» с низким тарахтящим гулом прошел над площадью. Собравшиеся на подходах к ней сельчане с открытыми ртами следили за отточенными маневрами винтокрылой машины.

Вертолет коснулся камней четырьмя колесами. Взвихрив пыль, лопасти замедлили вращение над машиной.

Дверца отворилась, на песок сошел невысокого роста, в безупречно подогнанной форме британский капитан. Его маленькие глазки смотрели на мир делано спокойно, как и у всякого представителя спецслужб. На его фоне лейтенант Дуглас, обладавший средним телосложением, смотрелся просто атлетом.

Вслед за капитаном на площадь спустились четверо британских спецназовцев. Лица солдат были словно высечены из камня, а в глазах читался холод – настоящие бойцы, которые беспрекословно выполнят любые приказы командира.

– …сэр! – браво, по-армейски, откозырнул Дуглас.

Капитан покосился на толпу афганцев, что-то промычал себе под нос и перевел взгляд на старшего лейтенанта.

– Мне жаль парня, – сухо произнес он и тут же добавил: – Надеюсь, информация в поселок не просочилась?

– Нет. Все под контролем.

– Тогда несите…

Произнести слово «груз» не повернулся язык, и капитан просто кивнул.