– Проклятие!

– Конечно, Тор слишком упрям, чтобы поддаться сразу, оборотившись к вам спиной. Но если дать ему время переварить…

– А озерники? – спросил Лот.– Ты же предлагал сперва разделаться с ними?

– Да черт с ними! – с пренебрежением скривился Биер. Они были опасны, пока имелось кому их направлять. А теперь озерникам не до штурма – дай бог ноги унести. Утихомирим Тора, разберемся и с этими.

– Ладно,– решился Лев.– Тогда назначь Главе последний срок.

– На когда?

– Скажем, через час… Нет, лучше через полтора, как раз Успею поужинать без спешки. Все, ступай!

Чуть поклонившись, Волк широким шагом направился к выходу. А следом и Эрик с подружками покинули промозглый зал, за один миг вернувшись в спальню Львицы, уютную и теплую, хотя слегка порушенную Невидимкой.

– Полтора часа,– задумчиво произнесла Нора.– Пожалуй, нам тоже не стоит терять время, а, братик? Мы ведь собирались заняться кое‑чем, когда вломился Невидимка.

– Дьявольщина,– пробормотал тот, вновь раздираемый сомнениями.– Скорее бы возвращался Горн!.. Сколько можно отдуваться за него?

– Кто, если не ты? – резонно спросила женщина.– Для этого и нужны друзья.

– Ну да?! – удивился Тигр.– Ты уверена, что именно для этого?

– Ведь ты обещал меня согреть? Так действуй!.. И хват болтовни – времени в обрез.

И вот тут разговоры действительно закончились.

2

Никогда прежде Горн не видел такого уютного, почти ручного моря. Теплое и смирное, оно искрилось гладью под безоблачным, прозрачно‑голубым небом и осторожно шелестело галькой возле самых его ног. Этот укромный пляжик со всех сторон ограждали шершавые темные валуны и причудливых Очертаний скалы. Но повыше, на крутом склоне, бесстрашно лепились нарядные домики, утопая в пышных зарослях, а густой цветочных дух даже и здесь пересиливал свежесть моря. Впрочем, ветра не ощущалось совершенно, словно бы весь этот живописный пейзаж – и горы, и море – помещался внутри Исполинского зала. Столь безмятежное место могло находиться где угодно, но только не на родной планете Горна.

Сбоку, из‑за прибрежных глыб, донеслись негромкие всплески, будто кто‑то пробирался сюда по мелководью, и Горн бесшумно отступил в тень, изготовя ладони,– хотя пространство вокруг казалось таким же спокойным, как и море.

Первым на глаза показался мускулистый парень, красивый, словно Эрик. Всю его одежду составлял матерчатый мешочек, поддерживаемый на паховой грозди тонкими шнурками, остальное он нес в руке. Вплотную за ним, ухватясь за ладонь, следовала девчушка, изящная, точно Ю, и столь же нагая. Только ее‑то не защищала божественная оболочка – откуда же такая беспечность? Или тут впрямь нечего опасаться?

Завидев Горна, юноша удивленно вскинул брови и остано‑вился по колено в воде.

– Уже и тут нас опередили! – вознегодовал он весело.– Куда же податься бедным натуристам?.. Слышишь, Юлька?

Речь его звучала странно, однако Горн улавливал смысл еще до того, как он облекался в слова,– не отсюда ли его лингвистический талант? Хотя прежде‑то он не был телепатом…

– Да, но и ты как будто вполне гол,– дружелюбно заметил туземец.– Может, не станешь вредничать и поделишься местом? Мы тебя не стесним правда, котенок?

Девочка с готовностью кивнула, разглядывая Горна из‑за спины друга. Рассмеявшись, тот вывел ее из воды, уронил сверток на гальку и подступил к гиганту.

– А и здоров же ты, приятель! – оценил парень, с удовольствием озирая пришельца.– Хоть сейчас на конкурс… Слушай, а чем это ты вымазался?

Спохватясь, Горн притушил блеск своей обновленной кожи до здешней нормы, чем удивил туземца еще больше.