— Если раньше не ухайдакают, — хмыкнул Виталий, ввернув жаргонное слово, одно из тех, что были неизвестны в классической латыни, но изобиловали в разговорной речи здешнего простонародья.

— Не ухайдакают, — уверенно возразил ланиста. — Тебя девки любят, будут визжать, не дадут пропасть. Как Красавчику Апису или тому же Северьяну. Ах, женщины, женщины… На них все в нашем деле и держится!

— Тогда — за женщин! — Беторикс поднял бокал.

— За женщин… — Пьяный собеседник кивнул и чуть было не свалился с обеденного ложа наземь.

— Эй-эй! — Гладиатор осторожно придержал ланисту. — Ты как вообще-то?

— Да ничего.

— Может, домой тебя отвести? Поспишь.

— Какое поспишь, дружище?! Мне еще к центуриону идти… Что уставился? Да, римский всадник Марк Сульпиций Прокул пригласил к себе в дом презренного ланисту! Все слышали? Ха! Сегодня ж сатурналии… Пей, веселись с кем хочешь. Кстати, Беторикс, насчет тренерства я не шучу. И ты, как умный человек, должен понимать — у меня больше никого и нету. Красавчик Апис уходит к Сульпицию — начальником домашней охраны, Каррит Фракиец не хочет никого учить, Альпийский Тигр еще слишком молод, а Германский Ветер — человек вольный, контракт у него в новом году заканчивается. А гнусная сволочь Кудесник предложит куда большую сумму, чем я!

Ланиста плакался и жаловался на жизнь, пока не задремал, чтобы к приходу девок проснуться на удивление бодрым.

— А-а-а! Явились наконец! Что так долго-то? Мы тут уже все глаза проглядели, верно, парни?

Девчонок привела лично хозяйка, которую тут же и усадили за стол. Даже и не будь на дворе сатурналий, гладиаторам и ланисте нечего было брезговать обществом хозяйки публичного дома и жриц продажной любви: все одного поля ягоды.

— Ну, выбирайте! — со смехом махнул рукой Валерий.

— Ой, зайчик мой, так не пойдет! — Лихо опрокинув вместительную кружку пива, Конкордия ласково потрепала ланисту по кудрям.

— Ну почему нет-то? — удивился тот. — Чего тогда девок привела? Пиво пить мы и одни можем.

— Да я ж не про то, зайчик! — Старуха ухмыльнулась, поправив на голове закрывавшую волосы митру. — Если доверить выбор мужчинам, до драки скоро дойдет, верно?

— Ну, верно… А ты мудра, женщина!

— Я знаю. Так что пусть уж лучше мои девушки сами выберут. Он все красивы и искусны в любви, так что вы, парни, не сомневайтесь. Пейте, пейте… Мои козочки сами к вам подсядут. К каждому! Уж поверьте, ласками не обделят никого.

Не обделили, да… Уселись, улеглись, кто уж как сумел… вот уже начали целовать, обниматься… кое-кто и разделся уже… А музыканты наяривали, играли все громче и громче, так что некоторое пустились в пляс.

Тут она и подошла.