— Тао, — прошептала она, хотя необходимости шептать не было. — Люка нет… Люк вышибло взрывом.

Она больше ничего не добавила, однако это и не требовалось, они оба знали, что на самом деле значат ее слова. Даже если бы Илья и остальные каким-то чудом пережили взрыв, — что уже невероятно, — спастись они могли только в этом модуле. А для такого он должен был сохранить хоть какую-то герметичность. Он же зиял темнотой за пробитым боком, теперь похожий не на дом, а на склеп… Жизнь это место давно покинула.

И все равно Рина продолжила идти. Если самое страшное уже произошло, какой смысл останавливаться?

Она добралась до модуля, однако у бывшего входа остановилась, нахмурилась. Рина подкорректировала настройки камеры, пытаясь понять, не мерещится ли ей. Нет, все так, как кажется — и как быть точно не может!

Металл оказался сглажен. Она не понимала, почему… Так не должно быть! Взрыв оставляет острый край. А изгиб металла показывал, что взрывная волна вырвалась именно изнутри, тут никакой ошибки нет. Возможно, так повлияли некие особенности пусть и скудной, но все же существующей атмосферы? Вроде как не могли — но кто знает! Или шторма Юпитера?

Хотя нет, тоже не подходит. Если бы на модуль повлияло все это, закругление получилось бы равномерным. Однако Рина быстро разобралась: сглажена только часть металла, в основном нижняя, верхняя по-прежнему острая. Она бы хотела передать это изображение Тао, узнать его мнение, но не могла, на такое сигнала не хватало. Рине оставалось лишь записывать все, что она обнаружила здесь, и двигаться дальше… В могилу двигаться.

Дурацкие слезы теперь застилали глаза, и приходилось часто моргать. Рина злилась сама на себя, злость мешала сдерживать боль… но и помогала. Потому что теперь Рина заставляла себя идти дальше, наказывая за эту слабость. Очень скоро свет фонарей проникнет внутрь, вырвет из мрака то, что годами было тайной Европы… Сможет ли она узнать мужа? Остались ли там целые тела, отдельные — или слились в нечто совсем уж ужасающее?

Рина заставила себя представить каждый из вариантов, каким бы чудовищным он ни был. Ей казалось, что так она подготовит себя ко всему… Но она ошиблась.

— Рина! — позвал Тао. Он назвал ее так, как звал когда-то муж, и это лишь усилило боль. — Не молчи! Что там?

— Ничего, — еле слышно произнесла она.

— Что? Не понял тебя, повтори!

На этот раз она не сдерживалась, она почти крикнула:

— Ничего! Тао, здесь ничего нет!

Зал, разрушенный взрывом, почерневший от пламени, оказался пустым. Тут не было ни целых тел, ни их фрагментов… Вообще ничего! Только копоть, обломки оборудования, да еще что-то странное, похожее на застывший мазут. Рина решила, что перед ней лед, окрашенный гарью, ее вообще не это волновало.

Она пыталась понять, куда делись тела, — и не могла. Их унесло ветром? Такого ветра здесь никогда не было. Сожгло радиоактивной волной со стороны Юпитера? Тоже нет, ведь обломки не пострадали! Но какие еще варианты? Неужели люди выжили?.. Нет, не смогли бы, они бы даже не успели надеть скафандры! Судя по тому, что огонь ничего толком не сжег, разгерметизация произошла быстро.

А еще разруха сохранила историю взрыва. Рина оказалась права — эпицентр действительно находился вовсе не там, где предполагала официальная версия. Генератор уцелел, металл сильнее всего прогнулся возле люка, там, где, судя по следам, размещались вещи, предназначенные для погрузки в челнок.

Рина не знала, как все это понимать, как объяснить… Она и не надеялась понять, она чувствовала себя выпотрошенной, потерявшейся на бесконечной ледяной равнине. Она рассказала все Тао, надеясь, что хотя бы он что-нибудь придумает — и он не подвел.