Небо впереди поблекло, Собака-Солнце уже сбегала на край озера.

— Скоро стемнеет, — сказал он.

— Значит, не будем терять времени! — бодро воскликнула Белла.

Собака-Солнце уже легла брюхом на озеро, когда стая добралась до вершины скал. Белла и Счастливчик помчались вниз, разбрасывая лапами камни. Земля здесь была влажная, крупные песчинки забивались между пальцами. Кусака побежала за ними, ловко перепрыгивая через мелкие камни. Обернувшись на бегу, она оглушительно затявкала, приглашая обессилевших от долгого перехода собак следовать за ними.

Счастливчик с невольной завистью покосился на неутомимую рыже-белую Кусаку. Неужели она вообще никогда не устает?

Первой начала спуск Марта. С легкостью, поразительной для такой крупной собаки, она плавно заскользила вниз по склону на своих перепончатых лапах, словно не шла, а плыла по реке. Спустившись на берег, Марта остановилась и отряхнула свою густую черную шерсть.

Зато другим крупным собакам пришлось далеко не так легко — они то и дело останавливались, чтобы не покатиться кубарем по крутому спуску под собственным весом. Хуже всего было бедному Бруно, который просто сполз вниз, взвизгивая от боли в лапе.

Порох едва не выронил Носишку, вызвав приступ оглушительного лая у стоявшей на берегу Луны, которая ухитрилась без происшествий спуститься вниз вместе с Вьюном. Выхватив пищащего щенка из пасти своего оплошавшего друга, она принялась неистово вылизывать его.

Счастливчик поглядел на озеро.

— По-моему, вода чистая, — сказал он и повел стаю пить.

Вдоволь напившись и остудив в воде измученные лапы, собаки немного повеселели и вернулись под защиту нависающих над берегом скал. Здесь они растянулись на песке, дав волю своей усталости.

Все молчали, ни у кого не было сил шевелить языком. У Счастливчика страшно разболелась лапа, шея тоже ныла, но он был счастлив, что больше никуда не нужно идти.

Неугомонная Прыгушка первая начала вылизывать свои раны. Добравшись до глубокой царапины на хвосте, она сердито покосилась на черную Марту.

— Твоя работа! — прорычала она, скаля зубы.

Огромная Марта покорно кивнула, потом встала и перелегла поближе к Дейзи.

Счастливчик внимательно осмотрел их временное укрытие. Приходилось признать, что кроме нависающей зазубренной крыши, в этом месте не было ничего хорошего. Спать на мокром песке неудобно, в лес на охоту отсюда не набегаешься, а крутой спуск и вовсе грозил собакам увечьями.

— Путешествие было очень тяжелым, но теперь мы можем отдохнуть, — вслух сказала Лапочка, утаптывая лапами песок.

— Ага, как же! — огрызнулась Прыгушка, злобно косясь на Собачек-на-поводочке. — Отдохнешь тут в сырости! И вообще, в такое тяжелое время нужно поскорее избавиться от обузы! — Она повернулась и в упор посмотрела на Нытика и Солнышко, жавшихся друг к дружке. — Зачем нам эти два ходячих недоразумения? На охоте от них никакого проку, не говоря уже о драке! Давайте их прогоним!

— Стая никогда не бросает своих, — повысила голос Лапочка. — В хорошей стае каждая собака полезна, для каждого найдется дело по силам.

— Вот именно! — поддержала ее Кусака. — Не все должны охотиться или драться. Солнышко и Нытик могут стать ушами и глазами стаи.

— У Солнышко замечательный нюх, — заступился за свою подругу по стае Микки. — Из нее выйдет отличная патрульная собака, вот увидите! Она раньше всех чует опасность.

— Правильно, — согласилась Лапочка. — Они могут стеречь лагерь, когда другие собаки отправятся выполнять свои обязанности.

Но Прыгушке будто колючка под хвост попала.