Траку осмотрел каждый шовчик, почти касаясь нитки носом и подергивая швы украдкой. Талсу внимательно смотрел через отцовское плечо. Чародей в это время корябал что-от на листке бумаги. Наконец юноша взглянул на отца.

— Уж не знаю, как оно носиться будет, — с неохотой проговорил он, — но работа отменная.

— Угу, — с еще большей неохотой признал Траку, не сводя глаз с двух золотых, которые ему так и не достались.

Чародей проворно сгреб монеты обратно в кошель, а на их место положил свою бумажку.

— Вот заклятие, сударь. В Альгарве им пользуются повсеместно. Если в здешних краях оно неведомо, вы заработаете на нем куда больше, чем два золотых. Доброго вам дня — и вам, молодой человек.

Он поклонился Талсу и вышел из лавки.

Схватив листок, Траку жадно пробежал глазами по строкам заклинания и молча уставился вслед уходящему альгарвейцу.

— Не диво, — пробормотал он наконец, — что они победили.

— Да, они вечно придумывают что-нибудь новенькое, — отозвался Талсу. — Но они же альгарвейцы, так что выходит обычно новая пакость. Им это еще аукнется, вот увидишь, отец.

— Надеюсь, — промолвил портной. — Нам уже аукнулось.

После стольких дней вдали от столицы, на передовом крае войны, где волны ее накатывали на мирные прежде земли, Сабрино нашел Трапани до странности призрачным — словно наведенная чародеем иллюзия. Странным, противоестественным казалось ему наблюдать за беззаботнными горожанами. Полковник то и дело машинально смотрел на затянутое тучами небо в поисках ункерлантских драконов — которых, конечно, не будет.

Война не исчезла совсем. Газеты только о ней и твердили, ученые вели по кристаллам умные речи, на улицах столицы встречалось куда больше солдат, а порой и моряков, чем в мирное время. Но на все это можно было закрыть глаза. В Ункерланте забыть о войне не получалось.

Сабрино и не хотел забывать, даже на время побывки. Он прибыл в столицу, чтобы отдохнуть, — верно, но слишком много пришлось ему пережить, чтобы оставить войну в прошлом только потому, что сейчас он не на передовой.

— Ожидается сенсация! — кричал мальчишка-разносчик газет, размахивая своим товаром так отчаянно, что драколетчик не мог разобрать заголовков. — Грандиозная новость!

— И что за новость? — поинтересовался Сабрино.

— Новость три медяка стоит, — нахально отозвался разносчик, и тут же поправился: — Нет, для вас, сударь, два — вы же на службе.

— Держи. — Сабрино расплатился и двинулся по бульвару, читая газету на ходу. В детали автор передовицы не вдавался, но по всему выходило, что король Мезенцио готовится объявить о падении Котбуса. Полковник вздохнул с облегчением. Если столица Ункерланта падет, Дерлавайская война окажется на шаг ближе к завершению. Ни о чем Сабрино не мечтал так отчаянно.

Маленький мальчик пристально взглядывался в петлицы его мундира.

— Сударь, а вы правда драколетчик? — спросил он.

— Правда, — сознался Сабрино.

— О-ох! — Карие глазенки мальчика вылезли из орбит. — Я тоже хочу стать летчиком, когда вырасту. И подружиться с драконом.

— Ты наслушался глупых сказок, — пожурил его Сабрино. — С драконом нельзя подружиться. Драконы слишком глупы и слишком злобны. Они враз сожрут тебя, если не научить их бояться человека. Они даже глупее — намного глупее — бегемотов. Если хочешь послужить державе и подружиться со своим зверем, выбери лучше левиафана.