- Я готов расцеловать тебя, - сказал он, поднимая дробовик, и впервые девушка промолчала. Удивившись, Билли повернулся и увидел, что она слегка покраснела и отвела взгляд, поправляя пояс.

- Не в буквальном смысле, - тут же выпалил он. - В смысле... не то чтобы ты не симпатичная, но это... ты... я... ну, в смысле...

- Расслабься, - холодно отозвалась Ребекка. - Я поняла.

Билли облегченно кивнул. У них хватало проблем и без гендерных противоречий.

”Но она и вправду симпатичная... ”

Он отбросил эту мысль, напоминая себе, что провел год даже без намека на женщин, и сейчас думать о всяких там интрижках было бы глупо.

Они прошли ко второй двери, и она тоже оказалась не заперта. За ней обнаружилось спальное помещение, убогое и грязное, заставленное нарами, наспех сбитыми из фанеры, там-сям валялось несколько изношенных, засаленных одеял. Билли оценил убогую обстановку, сопоставил ее с наличием стальных ворот, закрывающих коридор, и предположил, что обитатели комнаты отнюдь не были добровольцами. Ребекка же рассказала ему о записях в дневнике, касающихся испытуемых людей...

Этот комплекс вгонял его в дрожь. Чем быстрее они выберутся, тем лучше.

- Вверх, вниз? - спросила Ребекка, когда они вернулись в коридор.

- Наверху обсерватория, так? - вопросом на вопрос ответил Билли. Девушка кивнула. -Пойдем туда. Может, сможем подать сигнал о помощи или еще что.

Он понимал, что только что предложил попытаться вызвать подмогу, но не взял бы своих слов назад, даже осознавая, чем для него обернется подкрепление. Он предпочел бы умереть, сражаясь за свою жизнь, а не будучи казненным... Но у него была Ребекка. Славная, честная, искренняя, и он был готов сделать все, что в его силах, чтобы вытащить ее отсюда живой.

Они вышли из коридора, и Билли только диву давался, куда делись его замашки уголовника, однако он тут же решил, что все к лучшему. Впервые с того ужасного дня в джунглях он был самим собой.

* * *

Молодой мужчина смотрел, как пара запасалась боеприпасами, и испытывал смешанные чувства - их стойкость впечатляла, но и разочаровывала одновременно. Сверившись с картами, они двинулись наверх, видимо, решив проверить обсерваторию; хотя его дети и слышали их голоса, они не смогли разобрать слов.

Он уже приказал сонму пиявок отыскать нужные пластины, и они уже доставили их к дверям, ведущим в обсерваторию. Если Билли с Ребеккой не последние дураки — а они уже доказали, что таковыми не являются — то они поймут, как запустить механизм поворота здания, что приблизит их к возможности выбраться отсюда. Оттуда они смогут пройти в лабораторию, спрятанную за часовней...

Он подумал о том, что пара найдет там, в лабораториях Маркуса, возможно, что-то еще, что можно украсть. Он хотел, чтобы они нашли все, что можно о том, чем на самом деле занимается "Амбрелла", но видеть, как они роются в печальных останках блестящей карьеры Маркуса было бы неприятно.

Молодой мужчина все еще считал, что лаборатории принадлежат Маркусу, хотя последний сгинул добрый десяток лет назад. Весь комплекс был закрыт после "исчезновения" директора, но "Амбрелла" недавно открыла все снова — и лаборатории, и очистные сооружения, и учебно исследовательский центр. Ни одно из сооружений не функционировало в полную мощь, когда произошла утечка вируса; их обслуживал сокращенный штат сотрудников, за которыми приглядывала горстка претендентов на позицию менеджеров среднего звена; как бы там ни было, компания потеряла достаточное количество лояльных работников.

Билли с Ребеккой прошли сквозь комнаты в восточной части первого этажа и вернулись в холл, откуда направились на второй этаж. Они достаточно быстро нашли дверь, ведущую на третий, и шагнули на лестничную площадку с оружием в руках, их юные лица сияли решительностью, и, казалось, бесстрашием.