По счастливой случайности у меня получается открыть дверь, воспользовавшись шпилькой для волос и приложив физическое усилие. Первым, что меня поражает, становится запах, и я едва не отшатываюсь назад. Аромат Грэйсина – это единственное, с чем я не могу справиться, когда нахожусь рядом с ним. Что только усиливает мою ненависть. После всего, что произошло, он все еще может вызывать у меня желание, не предпринимая для этого никаких действий, и это приводит меня в ярость.

Его комната впечатляет своими размерами, она вдвое больше моей. Напротив двери я сразу замечаю большую кровать, с каждой стороны которой стоят изящные тумбочки с современными настольными лампами. Слева от меня стоит длинный комод с высоким зеркалом на верхней панели, а на противоположной стене от него висит большой телевизор с плоским экраном.

Я начинаю поиски с ящиков комода, так как они представляются мне самым подходящим местом для хранения секретов. Возможно, именно поэтому здесь скопилось так много ненужных вещей: клочки бумаги, мелочь, безделушки, визитные карточки ландшафтных дизайнеров и тому подобное. С неким отвращением закрыв верхние ящики, я начинаю осмотр нижних. Я методично выдвигаю их один за другим, внимательно рассматривая содержимое, а однажды даже задерживаюсь, чтобы вдохнуть исходящий аромат его белой футболки. Злясь на себя за это желание, я бросаю ее обратно в ящик и захлопываю его.

Моей следующей целью становится гардероб. Однако, когда я вижу аккуратно сложенные полки с одеждой, я не могу сдержать своего восхищения. Мои воспоминания о нем настолько тесно связаны с нашим пребыванием в Блэкторне, что образ элегантности не сразу становится реальностью. Не обнаружив на полках и в ящиках ничего, кроме ремней, запонок и обуви, я решаю осмотреть ванную комнату.

Конечно, мне кажется, что в этом месте я не найду ничего интересного. Поэтому без особого энтузиазма я открываю один ящик за другим, пока мое внимание не привлекает один предмет. Когда я беру его в руки, то не могу поверить своим глазам: это мое удостоверение личности, которое я носила с собой в Блэкторне. То самое, на котором он прочитал мое имя в день нашей первой встречи. Вероятно, этот больной ублюдок хранил его как трофей после своего грандиозного побега.

Я оставляю удостоверение там, где его нашла, и возвращаю вещи на свои места, еще раз проверяя, все ли лежит так, как раньше. Возможно, Грэйсину забавно вспоминать о том, как я помогла ему бежать, но у меня от этих мыслей к горлу подступает желчь. Я была такой глупой и наивной девчонкой.

Обычно я чувствую себя неловко, когда вторгаюсь в чужую личную жизнь. Однако, если бы Грэйсин не хотел, чтобы я копалась в его вещах, ему не следовало запирать меня у себя дома.

– Нашла то, что искала? – неожиданно слышу я голос Грэйсина, стоящего в дверях своей спальни. Он не выглядит расстроенным, но, учитывая, что за последние несколько недель я убедилась в том, насколько мастерски он умеет скрывать свои эмоции, наверное, я бы даже не заметила их изменения. Хотя мне совершенно плевать на его чувства.

– Я не искала ничего определенного, – говорю я.

– Правда? – спрашивает он, прищурившись.

Закатив глаза, я пытаюсь пройти мимо него, но он загораживает дверной проем своим телом.

– Что ты делаешь? – спрашиваю я, чувствуя, как учащается мое сердцебиение.