— Наверно, мне лучше уйти к себе. – Робко проговорила. Скорее, просила, чем утверждала. И к двери направилась.

 — Я тебя не отпускал. – Он с кресла поднялся и стал как-то опасно, Настя даже вздрогнула, когда почувствовала, как его взгляд мгновенно накалился, а лицо стало каменным.

 — Нам лучше потом поговорить. – Уже совсем тихо и совсем неуверенно сказала Настя и даже глаза закрыла от страха.

 — Не поворачивайся спиной, когда  я с тобой разговариваю!

 Он кричал и себя не сдерживал,  что-то тяжёлое упало с журнального столика, когда он туда телефон швырнул. Ноги у Насти тут же подогнулись и задрожали, хотелось бежать, но было страшно от мысли, что он может остановить. Так и замерла, держась за дверную ручку. Скорее от страха, чем по желанию, ручку всё же нажала и дверь приоткрылась.

 — Если ты сейчас отсюда выйдешь, возвращаться будет некуда!

 Крикнул он ещё раз, но Настя даже обернуться не сумела, слёзы в глазах, ком в горле. Голову в сторону повернула и краем глаза увидела, как он стоит, даже знала, что его пальцы в кулаки сжаты, хотя не могла этого разглядеть. Сердце бешено колотилось в груди, дыхание сбивалось, руки и ноги дрожат, а она стоит в одном халате и не знает, что делать. Вернуться не смогла и шагнула в коридор, дверь за собой прикрыла. Как оказалась в своём номере не заметила, опомнилась, только когда чемодан уже заполнила вещами. Замок закрыла и с досады пнула его ногой. Истерические слёзы катились из глаз, такси вызвала кое-как, от волнения, даже забыла, в какой стране находится, и слова нужные не могла подобрать. Из номера вышла и как зверь загнанный, по сторонам оглянулась. Ключи оставила и выбежала из гостиницы.

 Только в аэропорту плакать перестала. Повезло, самолёт как раз через два часа отправлялся и билеты были. Когда уже на регистрации стояла, телефон в кармане зазвонил.

 — Ты где? – Услышала она в трубке. Егор не просто не подобрел, теперь он был в бешенстве.

 — Я в аэропорту. – Через силу выдавила из себя Настя, сдерживаясь, чтобы снова не заплакать.

 — Я буду через час. И не вздумай с места сдвинуться!

 Прозвучало, как угроза, но оставаться в незнакомой стране было куда страшнее, чем бежать от Егора на родину, поэтому последние силы собрала и документы отдала.

 Сколько Настя летела, столько и плакала, было страшно подумать, что будет, когда она вернётся… а когда вернётся Егор… Из самолёта вышла, но сказать, что вздохнула с облегчением, было нельзя. Единственным защитником считала Стаса, да и то, вряд ли он сможет Мохову противостоять. В московскую квартиру возвращаться не стала, не решилась. Именно сейчас с невыносимой настойчивостью в голову лезли мысли и о том, кто и как предупреждал её насчёт Егора, но разве тогда в это можно было поверить: спокойный, уравновешенный, всегда неизменно уверенный в себе. Действительно не верилось, что это его глаза наливались кровью от злости и ярости, что он судорожно сжимал кулаки и сдерживал себя, от необдуманных поступков, а в том, что он себя сдерживал, сомневаться не приходилось. А главное – без причины. Это и было самым страшным. Ещё вчера чуть ли не в любви признавался, а сегодня уже убить готов.

 Следующим утром, не найдя Стаса дома, отправилась к нему в офис.

 — Станислав Игоревич у себя? – Настя старалась улыбаться и не показывать волнение. – Я не могу ему дозвониться.

 — Он в отъезде. – Строгим бесчувственным голосом ответила секретарь.

 — Но он ведь оставил свой номер. Я точно знаю. Позвоните, пожалуйста, скажите, что это срочно.

 — Он отдыхает, просил не беспокоить.

 — Это очень важно, пожалуйста.

 Настя просила, просила и готова была умолять, только бы услышать его голос в трубке.