— Без меня ты не подойдешь близко к Мэту. Если он не пожелает, чтобы его нашли, у тебя больше шансов поймать лунный блик на воде, чем его.

Калеб с трудом сдержался, чтобы не выругаться. Пока что поиски Рено действительно походили на попытку поймать лунный блик на воде.

«Но тогда я не знал, где этот сукин сын находится. А сейчас знаю».

Виллоу нахмурилась, разглядывая карту.

— Не могу понять, почему Мэт не пожелал дать более понятный ключ. Он ведь очень аккуратный человек. Он учил меня, как ориентироваться по звездам… — Она закусила губу. — Может быть, если мы зажжем костер на одной из этих вершин, он сможет увидеть нас. Ты знаешь страну Если ты найдешь место, с которого можно увидеть костер, и мы его разведем…

— То наши головы тут же насквозь продырявят, — без обиняков сказал Калеб. — Никто не разжигает в этой стране костер, если не желает, чтобы с него сняли скальп. Твой брат это знает не хуже, иначе давно бы был мертв.

— Но тогда почему он так говорит?

— Это ловушка.

— Чушь! Мэт не может желать зла братьям.

— А братья твои не глупые?

Виллоу засмеялась.

— Не думаю. Мэт — младший. Он многому научился от своих старших братьев.

— Стало быть, никто из твоих братьев не станет зажигать костер в стране индейцев и ждать, словно обреченная на заклание овца, что с ними произойдет.

Виллоу хотела было возразить, но затем решила, что делать этого не стоит. Калеб был прав. Никто из братьев Мо-ранов не окажется таким простофилей.

— Ловушка, — повторила она с горечью.

— Ты сказала, что твой брат аккуратный человек.

— Тогда нужно забраться на каждую вершину, чтобы найти его лагерь, — сказала Виллоу, взяв карту из рук Калеба.

Он уловил решимость в ее голосе и понял, что она не прекратит поиски брата до тех пор, пока не найдет его или не погибнет. Рено обратился за помощью, и Виллоу откликнулась на его просьбу.

— Ты собираешься найти своего брата во что бы то ни стало, я так понимаю?

— А разве ты на моем месте не так бы себя вел? — спросила Виллоу, недоумевая по поводу того, что всякий раз, когда он упоминал брата, в его голосе ощущалась какая-то враждебность.

Калеб закрыл глаза, пытаясь заглянуть в будущее, представить стенания Виллоу, которая увидит, как ее любимый брат и человек, которого она любила, направили друг на друга оружие, гром выстрела — и смерть.

— Будь по сему, — сурово сказал Калеб.

Внезапно Виллоу почувствовала не поддающийся объяснению страх.

— Калеб, — дрожащим голосом спросила она. — Что с тобой? В чем дело?

Калеб не ответил. Он подошел к своим багажным сумкам, вынул журнал, карандаш, линейку и вернулся к Виллоу, которую продолжали мучить недобрые предчувствия. Он молча взял карту, разложил ее на журнале и начал прочерчивать линии.

— Что ты делаешь? — спросила наконец Виллоу.

— Разыскиваю твоего непутевого братца.

Виллоу заморгала глазами.

— Но каким образом?

— Он аккуратный человек. Он очень аккуратно изобразил эти треугольники…

— Не понимаю.

— Все треугольники совершенно одинаковые: один угол девяносто и два по сорок пять.

Взглянув на треугольники, Виллоу убедилась, что Калеб прав.

— Если разделить девяносто градусов пополам и опустить перпендикуляр на основание, мы получим два одинаковых треугольника, — сказал Калеб, быстро действуя при этом карандашом и линейкой.