Полковник посмотрел на Борю с недоумением.

— Колдовать?

— Ну, да. Делал пассы руками, произносил странные слова, вот так, — Боря попытался изобразить действия покойного шамана с помощью пантомимы. — Не слова даже, протяжные междометия, так он воздействовал на тварей, так пытался подчинить меня.

— Судя по тому, что он мёртв, а вы сидите передо мной, последнее у него не получилось.

— Почти, я уже готов был в обморок упасть, но успел выстрелить. Патроны помогли, — Боря продемонстрировал полковнику патрон. — С убитого снайпера снял. Очень хорошие патроны, надеюсь, нам такие в будущем предоставят?

Полковник поморщился.

— Их мало, и они очень дорогие, секретная разработка, — он вздохнул. — Доставят, постараюсь для вас выбить.

— А ещё зажигательные гранаты, ими очень удобно помещения зачищать.

— Мы всё же хотим сохранить город, а если работать такими гранатами… Давайте лучше вернёмся к шарику.

— Хорошо, так вот, когда я выстрелил огненным облаком, он загорелся. Горел недолго, стал разваливаться на части. А потом из его пепла выкатился шарик. Я попытался его поднять…

— И? — полковник ощутимо насторожился.

— Не получилось, он действует, понимаете? Пробивает даже сквозь перчатки, в кармане тоже не получается таскать. Я его аккуратно в тряпочку завернул и на шею повесил, сквозь броню не пробивает.

— Вы уверены? — полковник подозрительно прищурился, словно у него в глазах был рентген, которым он сейчас просвечивал собеседника. — Вам в последнее время не приходило в голову странных мыслей?

— Ну, была мысль попробовать мутантов подчинить, — рассказал Боря. — Вот только неудачно, видимо, чтобы подчинить, надо в руках его держать. Или проглотить.

Полковник некоторое время молчал, потом нахмурился и сказал негромко:

— Подозреваю, придётся такого носителя живым ловить.

— А шарик?

— А что шарик? В нём очень много всего, но это, по сути, голый мозг, лишённый рук, глаз и, что более важно, речевого аппарата. Мы пока не можем установить надёжной двусторонней коммуникации.

За пределами видимости камеры ноутбука ощутимо напряглись Сергей Иванович и Левинзон, даже у Кристины ушки поднялись топориком. Начальство рассказывает секретную информацию.

— Так вживите кому-нибудь, пусть в его теле пришелец живёт, — не думая, подсказал Боря.

— Лишних людей у нас нет, а если и есть, но нам неизвестны последствия такого вживления. Очень может быть, что такого подопытного связать будет недостаточно. Где гарантии, что он не возьмёт под контроль людей за лабораторным стеклом?

— Думаю, не возьмёт, — уверенно заявил Боря. — Меня он почти подчинил (и даже на это у него немало времени ушло), так ведь я инфицирован, у меня в крови эта дрянь находится. Так?

— Так, но для полноценного заражения, приводящего к потере разума и физическим мутациям, требуется высокая начальная концентрация отравы в крови, воздушно-капельным путём получить её невозможно.

— Раз уж вас потянуло на откровенность, — Левинзон не утерпел и бесцеремонно влез в кадр. — Может быть, расскажете нам, что именно представляет собой зараза?

— Расскажу, вам расскажу, — отчего-то сразу согласился полковник. — Это не привычная нам биологическая зараза, хотя границу провести трудно. Нечто, вроде самовоспроизводящихся наномеханизмов, которые полностью меняют геном в теле человека или животного, а попутно служат ремонтниками при повреждениях этого тела.

— Что происходит при попадании в кровь?

— Если концентрация достаточна, начинают воспроизводить самих себя, попутно переделывая каждую клетку, куски ДНК заменяются другими.