Теперь же, вспоминая наши «похождения», скажем, в стриптиз-бар «Полуночный ковбой» или на стрельбище, или нашу ночную поездку во внуковский городок, понимаю: ничего случайного вокруг не происходило.

По утверждению сестры, велась обычная «работа», цель которой заключалась в следующем: проверить мои психические и физические кондиции.

— Как это? — не понимала. — Для чего? Что ещё за кондиции такие, черт возьми?!

— Каждый из нас обладает теми или иными качествами, теми или иными достоинствами и недостатками, — обстоятельно отвечала Евгения. — Ты молода, красива, спортивна, легко обучаема, средней эмоциональности…

— «Средней эмоциональности», — повторила и закричала. — Стоп! Так это что, «ваш» маньяк? С дохлыми кошками?..

— О, Господи! — возмутилась сестра. — Маша, ты за кого нас принимаешь? Маньяк со стороны, и с ним надо разбираться.

— А я вот подумала: все эти гадости — проверка, — призналась.

— Мы серьезная организация.

— И чем занимаетесь?

— Маша, я же просила: никаких вопросов.

— А как жить… без вопросов?

— Молча, — получила ответ. — Все, что тебе нужно знать, расскажу сама.

Я вздохнула: не теряю ли свободу и, вообще, меня спросили о желании сотрудничать с «организацией»? У меня и мысли не было становиться её секретным сотрудником. И нет — подобной мысли. Равно как и других мыслей. Чувствую лишь опилки вместо мозгов.

Нет, я не согласна на пассивную роль кукольной дурехи, ничего не понимающей. О чем и сообщаю со всей категоричностью и горячностью, мол, либо я задаю вопросы и получаю исчерпывающие ответы, либо, как говорится, нам не о чем говорить.

— Без меня — меня женили, — заявила. — Не хочу так.

— Детский сад, — вздохнула Женя. — И почему я этим всем должна заниматься?

— Чем заниматься?

— Тобой.

— А почему мной надо заниматься? — вспыхнула, как неоновая реклама в ночи.

— Потому, что ты перспективная, — и уточнила, — для нашей работы.

— Я хочу быть топ-моделью, а не… не шпионкой, понимаешь.

— Какая шпионка? Не смеши людей.

— Тогда кто?

— Будешь и топ-моделью, и внештатным сотрудником тайного отдела «Эдельвейс» подразделения «С» ФСБ. Одно другому не мешает, поверь мне.

Услышанное ввергло меня в шок — в голове смешались всевозможные образы: от милого и наивного цветочка эдельвейса, прорастающего на горных отрогах сурового Кавказа до моего победного агрессивного дефиле в переполненном и душном зале авантажного Парижа. Пережив очередное потрясение, я услышала свой писклявый голосок:

— Подразделение «С» — это что?

— Тебе горькую правду, — издевалась сестра. — Или сладкую ложь?

Естественно, потребовала, чтобы в меня залили самое горькое лекарство, от которого можно излечиться, как от любой телесной хвори, так и напрасных романтических иллюзий.

Предупредив, что мне пока полагается дозированная информация, Евгения рассказала о том, что «С» занимается проблемами, связанными с СИСТЕМАМИ. Наркотики, продажа оружия, проституция, коррупция, преступные группировки, новые технологии и так далее — это проблемы сегодняшнего дня.