СССР не стало, а вставшая на капиталистические рельсы Россия, помогать не кому способна не была. Да и желания ни у кого раздавать налево и направо, якобы, «безвозмездную помощь», ни у кого больше не возникало. Эта самая «безвозмездная помощь» была признана атавизмом и вымерла, как мамонты почти мгновенно, как только стали процветать демократические ценности и иже с ними.

А ведь на самом деле, помощь была не совсем безвозмездной. Куба нам поставляла сахар-сырец.

Но это было абсолютно не главным. Главным было совсем другое. Кроме вещественных благ были и другие, не менее существенные преференции от такого взаимовыгодного сотрудничества.

Во-первых, на Генассамблее ООН Кубинские представители практически всегда голосовали за те решения, которые предлагал СССР. А во-вторых, и это бесспорно самое главное — кубинское правительство разрешило Советскому Союзу построить на своей территории военные базы. А это значило что не только у флота — кораблей и подводных лодок будет место базирования, где экипажи могут отдохнуть, произвести бункеровку топлива и пополнить пищевые припасы, но и напрямую угрожать главному вероятному противнику, ведь от Кубы до территории США в самом узком месте Флоридского пролива всего 140 километров.

Если же учесть что наши ракеты в то время уже умели преодолевать такие расстояние за 5 минут, то, даже не имея ядерных боеголовок, они несли серьёзнейшую потенциальную угрозу американцам. Теперь те не могли считать себя в безопасности надеясь отсидеться за «большой лужей» (Атлантическом океане) в условиях глобальной мировой войны.

И нужно ли говорить, что при падении СССР, первое, что потребовали американские благодетели, было, кроме всего прочего, закрытие баз на Кубе и во Вьетнаме.

Что тогдашнее руководство с удовольствием и сделало, «разрядив» международную обстановку, а на самом деле ускорив приближение НАТО к новым границам нашей страны.

«Надеюсь, что тут у меня получится изменить мировую историю, направив её в нужное русло, и обе наши страны станут не только процветающими, но и счастливыми», — думал я, глядя за окно на безоблачное небо, бескрайний океанский простор и яркое тёплое Солнце.

Глава 16

В полдень мы прибыли на место, где должны были поселиться. Небольшой городок, раскинувшийся вдоль моря, был вполне себе заштатным городком. Никаких многоэтажек, никакой толчеи, никакой передовой инфраструктуры и урбанизации. Обычные, двух-четырёхэтажные домишки, стоящие довольно близко друг другу.

Собственно именно такой, малонаселённый пункт и был нужен нам для спокойного отдыха после съёмок.

Наша кавалькада остановилась напротив двухэтажного длинного здания. Как оказалось — это была гостиница, на втором этаже которой мы должны были поселиться.

Вышли из автобуса и прошли в вестибюль. Несмотря на то, что было только начало весны, термометр, висевший рядом с дверью при входе в здание, показывал, что на улице температура равна 29-ти градусам по Цельсию. Не совсем, конечно жара, но, тем не менее, на солнце припекает достаточно сильно. В вестибюле гостиницы же работали вентиляторы, поэтому, войдя внутрь, мы ощутили приятную прохладу.

Наш куратор — товарищ Рюмин, быстро куда-то убежал и через короткое время появился в компании с пожилым мужчиной.

Это оказался дон Педро — хозяин данного постоялого двора, который с доброжелательной улыбкой поздоровался со всеми и в знак уважения индивидуально пожал руку каждому, называя наших граждан сеньорами и синьоринами.

После такой хлебосольности наш куратор стал называть две фамилии кого-то из нашей съёмочной банды, и когда эти люди к нему подходили, дон Педро вновь жал им руки и выдавал один ключ на двоих.

— А почему так? — не понял я, глядя на это действо, обращаясь к Лебедеву.